У себя Криста все никак не могла успокоиться. Металась из угла в угол, грозила стенам кулаком, дергала себя за косу, морщась от боли, пока на комоде сама собой не разбилась ваза. Стекло будто разорвало изнутри, осколки разлетелись в радиусе метра, чудом не зацепив Кристу. Это послужило сигналом — если не успокоится, разнесет комнату. Сжав кулаки так, что ногти впились в ладони, она заставила себя переключиться.
Сбросив платье, Криста рухнула на кровать. Навалилась усталость, веки отяжелели. Но мысли по-прежнему крутились вокруг недавнего события. Мучили навязчивые вопросы: каково было Миле? Ей понравилось? Она кричала от наслаждения? Умоляла не останавливаться?
О сексе Криста знала немного. Сведения базировались на рассказах служанок. Шепотки, перемигивания, хихиканье и алые от стыда щеки — вот, пожалуй, все, что запомнилось. На прямой вопрос: — «Каково это — быть с мужчиной?», девушки отвечали многозначительным: — «Подрастешь, сама узнаешь».
С Дэмом не срослось, а маги давали обед безбрачия. Как тут устроить личную жизнь? Но Криста не планировала превращаться в старую деву. Ей хотелось любви, в том числе физической. Почему нет? Она здоровая, молодая. Правда родители учили, что незамужней нельзя отдаться мужчине, но девушки из общины относились к этому спокойнее. С их легкой руки взгляды Кристы постепенно менялись.
Под эти мысли она задремала. Подстегнутая полусном фантазия, разыгралась не на шутку. Один образ-воспоминание сменял другой, и все они были связаны с Сетом.
В какой-то момент Кристе почудились ласкающие ее мужские руки. Сквозь сон она не осознавала, что сама гладит себя по груди, спускается к низу живота, а оттуда к самой чувствительной точке на теле женщины. Прикосновение прохладных по сравнению с интимной зоной пальцев приносило наслаждение. Они играли с телом, словно музыкант со струнами в поисках лучшего звучания. Криста задышала часто и прерывисто.
Воображение рисовало мужчину, склонившегося над ней. Она чувствовала его вес, кожу с буграми шрамов под своими ладонями, запах морского бриза окутывал ее. Острое ни с чем несравнимое удовольствие нарастало в теле. Криста застонала, чем себя и разбудила.
Шок от своего бесстыдного поведения быстро перерос в стыд. Что на нее нашло? Даже встречаясь с Дэмом, она не помышляла о подобном. И уж точно не занималась самоудовлетворением, мечтая о мужчине. Это все Милдрит виновата. Забила ей голову ерундой.
Криста приказала себе не думать ни о чем таком. Пришлось повозиться. Мысли, а главное тело никак не желали униматься. Пульсировал и ныл низ живота, требуя разрядки, и она поджала ноги, чтобы его успокоить.
Она долго крутилась. Сон все не шел. Лишь пару часов спустя Криста забылась. На этот раз без сновидений.
Несколько дней Криста не пересекалась с наставником. Лишь однажды случайно увидела его в столовой в компании Милдрит. Еще немного и столкнулись бы, но в последний момент она успела спрятаться за угол, откуда подглядывала украдкой за парочкой. Мила выглядела счастливой: улыбалась, много и шумно говорила. Сет морщился, когда она особо громко смеялась, но не отталкивал девушку, если она к нему прижималась. Было в этом что-то снисходительное, словно он позволял ей себя любить.
Криста ушла и старалась впредь не допускать подобных встреч. Из вторых рук она знала, что Милдрит заботится о здоровье Сета. Как девушка выразилась: «Я удовлетворяю все его потребности». Что ж, пусть удовлетворяет, а Криста наслаждалась передышкой, благодаря которой много гуляла, неожиданно полюбив природу севера. Ее холодная красота успокаивала не только зрение, но и душу.
Слухи доносили, что Сет быстро поправляется. Непонятно, чья в том была заслуга: Милы — врачевательницы от богов, или поразительной регенерации мужчины. И все же пока он не торопился уезжать. Неужели влюбился? Криста гнала прочь мысли о чувствах, связывающих Милу и наставника, убеждая себя в том, что для Сета это просто развлечение, и оно скоро ему наскучит.
Устав от одиночества, она даже обрадовалась, когда в один из дней застала в гостиной Престона. Парень сидел у камина с книгой и делал вид, что не замечает ее. Криста устроилась в соседнем кресле и кашлянула, привлекая его внимание. Им было о чем поговорить.
Престон наверняка слышал о Летуме. Предыдущий ученик Сета погиб в северных землях. Криста начинала думать, что его могла убить та самая Энергия. Правда в ее новую версию не вписывалась история с перерезанным горлом, и она предположила: Летум сделал это сам, чтобы избежать ужасного процесса. Криста бы этому не удивилась.
— Я тебя видел, если что, — Престон закрыл книгу, — но надеялся, ты пройдешь мимо.
— Не сегодня.
— Не могу сказать, что счастлив встрече. После стока я трижды принимал ванну. Извел половину запасов ароматических масел сестры, чтобы хоть немного отбить запах нечистот. Но, кажется, до сих пор ими пахну.
Криста потянула носом воздух:
— Разве что самую малость.
— Не похоже, что ты пришла извиниться.
— За что мне просить прощение? — не поняла она. — Ты сам вызвался.
