Родные — мертвы, друзья — отвернулись. На юную наследницу объявлена охота, и искать защиты не у кого. Когда рассчитывать остаётся только на себя, силы жить дальше ей дают ненависть и жажда мести. Ради этого девушка готова терпеть все тяготы учёбы в имперской военной академии. Месть — блюдо, которое подают холодным.А пока оно охлаждается, надо срочно получить квалификацию убийцы. И не важно, что самый лучший учитель входит в список смертельных врагов. Но выбор между местью и любовью может оказаться слишком тяжёл.
Жаркое летнее солнце палило нещадно, словно стараясь иссушить всё, до чего дотягивалось своими лучами. Будущие студенты и студентки имперской военной магической академии изнемогали от зноя, второй час ожидая появления приёмной комиссии во главе с ректором. Наконец по рядам прокатился едва слышный шёпот:
— Идут!
Стефана Даро сопровождали деканы двух факультетов и несколько преподавателей. Лидана С`аольенн так и впилась взглядом в статного темноволосого мужчину в простой льняной рубашке и лёгких тёмных штанах. Атор Вальтормар шёл рядом с деканом факультета боевой магии, о чём-то с ним беседуя. Жадно разглядывая самого опасного человека империи, элитного убийцу, по слухам, подчинявшегося лишь самому правителю, Дана пропустила мимо ушей добрую половину торжественной речи поднявшегося на установленную на плацу высокую деревянную трибуну ректора, суть которой сводилась к тому, что быть студентом имперской военной академии — высокая честь, и он, Стефан Даро, поздравляет всех поступивших и надеется, что будущие первокурсники не уронят престиж своей альма-матер.
Почувствовав чужой взгляд, Атор вскинул голову и осмотрел нестройные ряды поступивших. Девушка поспешила опустить голову, надеясь, что мужчина не успел заметить её. Надо же, какой чувствительный. Несколько секунд Лидана рассматривала собственные ботинки, а когда осмелилась вновь взглянуть в сторону приёмной комиссии, вздрогнула. Вальтормар смотрел прямо на неё. Холодно, бесстрастно, как на пустое место. Через несколько секунд он снова повернулся к декану боевиков, продолжая прерванный разговор.
— Прошу всех присутствующих пройти в актовый зал академии для распределения по группам, — пригласил тем временем ректор.
Спустился с трибуны и, в сопровождении преподавателей и деканов, зашагал к каменному зданию академии. Уставшие стоять под палящим солнцем подростки бурной рекой устремились следом.
— Господин Вальтормар, — окликнула Дана, пробираясь сквозь густую толпу будущих первокурсников, устремившихся за приёмной комиссией. — Господин Атор!
Мужчина оглянулся, безошибочно выцепил её взглядом и остановился. Замирая от собственной наглости, девушка подошла к нему.
— Я хочу стать вашей ученицей.
В янтарных глазах боевика мелькнуло удивление. Мало того, что эта пигалица беззастенчиво пялилась на него во время речи Стефана Даро, так ещё осмелилась подойти! Он присмотрелся к просительнице внимательней. У девчонки был дар стихийного мага и целителя. Неплохое сочетание. Но обычно девушки шли на факультет целительства: слишком сложно давалось представительницам прекрасного пола овладение всеми гранями стихийной магии.
— Зачем будущей целительнице боевые искусства? — поинтересовался он у стоящей перед ним девушки, окидывая её взглядом. Худенькая, с неровно остриженными тёмно-каштановыми волосами, по-подростковому угловатая. Ударь посильнее — переломится. — Ваша задача — исцелять, а не калечить.
— Я поступала на факультет боевой магии, а не целительский, — заявило мелкое недоразумение. — И хочу заранее договориться о занятиях с лучшим преподавателем по боёвке.
— Я не беру в свою группу девушек, — сухо проинформировал мужчина.
— Любой студент имеет право выбрать преподавателя по своему желанию, — не сдавалась девчонка. — Я выбрала вас. Возьмите меня в вашу группу, пожалуйста.
— Назови хотя бы одну причину, по которой я должен это сделать, — скучающим тоном предложил Атор.
За два года преподавания он насмотрелся на таких, как эта. Почему-то они считали, что боевые искусства — это легко, просто и красиво, а преподаватели будут носиться с ними, как с писаной торбой. И после первого же занятия бежали к декану со слезами и мольбами перевести их в другую группу. По собственному желанию к Атору редко просились даже парни. Он не жалел студентов, гоняя их до изнеможения, а уважительной причиной неявки на занятие считал только смерть.
— Я хочу отомстить тем, кто уничтожил мою семью, — Дана стиснула кулачки. — Хочу, чтобы каждый из них умирал долго и мучительно. И для этого я должна уметь убивать. А вы — лучший мастер по боёвке.
