Она выскользнула за дверь, и Тайла засмеялась. Они с Джем за эти три месяца сильно сблизились, особенно теперь, когда Джем стала замещать Юрия. Казалось, ее сестра была вполне захвачена работой, но Тайла знала, что она все еще мечтает о Кайнане, который оставался холоден к ним обеим.
Эйдолон усмехнулся:
— А я-то удивлялся, зачем ты попросила меня прийти домой в медицинской форме.
Тайла ответила с серьезным выражением лица:
— Ну я же не могу прийти к тебе в госпиталь, а мне так нужно, чтобы ты кое-что увидел.
Улыбка сползла в его лица.
— У меня новая татуировка. — Повернувшись, она спустила с себя рубашку.
— Мой кадуцей, — прошептал он, слегка проведя пальцами по рисунку прямо над ее копчиком. — На тебе мой кадуцей.
Она бросила на него соблазнительный взгляд через плечо.
— Это было довольно чувствительно, доктор. Может быть, вы поцелуете его или что-нибудь в этом духе?
Озорные искорки блеснули в его глазах, он наклонил голову и прошептал ей на ушко неприличные вещи, от которых ее бросило в жар.
— Доктор? — прошептала она. — Вы что, действительно хотите, чтобы я сделала это ради вас? — Он сгреб ее в свои объятия и понес по коридору. — Ах да. Включи это в мой больничный счет.
— У нас еще есть время, лет шестьсот, чтобы закрывать его. Ты не против?
Она была не против.
