Всю свою жизнь я провел, изучая языки и культуру разных стран, в которых мы жили, изучил различные дисциплины и науки, затронул всевозможные сферы жизни. Я попробовал себя практически во всем: изучал астрологию, космос, физику, философию и психологию людей. Самым интересным для меня было познание философии религий разных стран и народов. Будучи язычником, не понимающим и не осознающим законов природы, с каждым новым годом, с каждым новым открытием человечества, с каждой новой псевдорелигией, я стал законченным атеистом. Фраза «всё в руках Божьих» стала для меня бессмысленной, так как со временем я осознал силу человеческих способностей. Испробовав почти все, я нашел себя в медицине. Вот уже почти двести лет я помогаю людям сохранять их жизни. Это так смешно и нелепо для меня. Ведь я совершенно не ценю свою жизнь. Бессмертие - это проклятие. Осознание того, что ты вечен, полностью разрушает ценность твоего существования. Любить я не мог, близость с единственным родным человеком наладить не мог, свою жизнь не ценил, поэтому я и нашел себя в медицине. Чувствуя себя абсолютно опустошенным, я испытывал невероятную радость, смотря на людей, чьи жизни я спасал, на тех, кого возвращал с того света, на тех, кому даровал новую жизнь. Только смотря на эмоции и слезы этих людей, я понимал, что живу. Но это было не единственной причиной, почему я выбрал профессию не просто врача, а врача-кардиолога. Гибель Ксении - главная причина, причина выбора моего жизненного призвания, причина того, что с нами происходило, того, что разрушило наши жизни и от чего, на протяжении стольких лет, мы так и не обрели даже толики счастья. Я всячески старался и по сей день стараюсь хоть как-то искупить свою вину, перед ней, перед братом, перед Меланьей, перед собой - в первую очередь. Так я успокаивал себя, пытаясь обрести душевное спокойствие, жить в ладу с собой и перестать ненавидеть себя, и винить за то, что растоптало столько жизней и судеб. Помогать людям обрести заново возможность жить, помогать их сердцам продолжать биться в их груди - вот что стало для меня своего рода спасением, спасением моей души.
Влад же полностью ушел в себя, замкнулся, запечатал двери на тысячи замков. Ни я, никто другой так и не нашел ключей от них. Он полностью отдал себя преподаванию истории. Чувствуя вину перед отцом, перед нашим родом и всем, во что мы верили, он посвятил свою жизнь просвещению и своим ученикам, прививая им любовь к истории своего народа, пытаясь взрастить в них патриотизм и почтение к своим корням и происхождению. Я всегда считал это бесполезным занятием. Ведь у нынешней молодежи совершенно другие представления о понятиях, добре и красоте. Но, к моему удивлению, Влад был превосходен в своем деле. Множество достижений и почетных наград, множество довольных и заинтересованных студентов были показателем того, что все было не зря. Материальной выгоды это не приносило, да он и не стремился к такого рода благам. Двухкомнатная квартира в спальном районе была единственным его крупным приобретением за последние годы.
Затушив сигарету, я зашел в подъезд. Готовясь к неминуемой обороне, я нацепил ставшую родной маску пофигизма, выдохнул и позвонил в дверь.
Влад встретил меня на удивление спокойно, он был сонным и слегка растрепанным.
- Проходи. Надеюсь, дело важное, иначе я за себя не ручаюсь, – зевая, предупредил он и пошел на кухню ставить чайник.
- Ты даже не представляешь, - не спрашивая разрешения, я направился в его спальню, чтобы найти себе теплую кофту - хотелось хоть немного согреться. Открыв дверь и войдя внутрь, в постели Влада я увидел молодого парня, мирно спавшего, уткнувшись лицом в подушку. Белая простынь слегка прикрывала обнаженное тело. Открыв шкаф и найдя то, что искал, я вернулся к брату.
– Я не знал о твоих новых пристрастиях.
- Мои пристрастия ничем не отличаются от твоих. И вообще, тебя никак не касается то, с кем я сплю и с кем провожу время. Зачем ты пришел?
- Сегодня я встретил одного...
- Ты был с Максимом? – не дав мне закончить, перебил Влад. Он смотрел на меня пристально, не отрывая глаз.
- При чем тут это?
- Я задал тебе вопрос. Ты был с ним? Между вами что-то есть? – испепелять взглядом всегда было моим даром, но сейчас Влад превзошел меня в десятки раз. Чувство гнева, казалось, приняло твердую оболочку, и я приготовился к ответному удару.
- Тебя никак не касается то, с кем я сплю и с кем провожу свободное время, – с издевкой в голосе я в точности процитировал великого Влада.
- Говори, что хотел, и проваливай, – огрызнулся брат, подсовывая мне чашку крепкого кофе.
- Когда мы подъехали к дому Макса, возле подъезда его ждал друг. Зовут Илья. Я протянул ему руку для приветствия и, едва коснувшись, стал слышать женский голос. Правильней будет сказать шёпот, на древнем языке.
- И что тебя удивляет? Или твоё самолюбивое сердце не может принять, что ты не единственный такой особенный?
