Мысли в голове путались.
«Я ангел, танцующий на острие иглы. Если сорвусь, меня на это самое острие насадят и Брэд окажется во власти демона. Я должна его спасти!»
— Потанцевать не хотите? — Птичка снизу посмотрела на санитара.
— Боюсь, мне надо идти, — улыбнулся он. — Не беспокойтесь, мы дадим вам ваши обычные лекарства сразу после врачебного осмотра.
Его слова сразу напомнили, в какое критическое положение она попала.
«Ни при каких обстоятельствах нельзя позволять пичкать меня таблетками. Иначе превращусь в дохлую крысу и лишусь способности придумать, как выбраться отсюда».
— Как вам кажется, я красивая? — Птичка поднялась с кровати. — Похожа на балерину, танцующую на острие иглы?
«Вернись на место, Птичка», — приказал внутренний голос.
— Сядьте, пожалуйста.
Она пристально посмотрела на него.
— Слушайте, вы очень симпатичная. Правда, поверьте. Но мы не на пляже, мы в больнице, и вы нездоровы. Мне придется попросить вас сесть. Садитесь. Вот примете лекарство, и вам станет лучше.
— Нет, не позволяйте им поить меня этой гадостью.
— Прошу… Садитесь!
— Ладно. — Птичка подняла руки и села на кровать. — Я сяду, но это его не остановит.
— Не остановит кого?
— Человека, собирающегося убить меня.
Раздвинулась портьера, вошла седовласая медсестра с круглым лицом и глазами-бусинами. В руках у нее была папка.
«Демон?»
— Добрый день, как вы тут?
— Девушке кажется, что кто-то собирается убить ее, — улыбнулся лысый демон.
— Разве всем не кажется одно и то же? Ладно, милочка, ваше полное имя? Саманта… Дальше.
— Я не все! — взорвалась Птичка, вновь вскакивая на ноги. — Он хочет убить меня и моего друга, потому и заставил все это делать! Вы должны выслушать меня!
— Успокойтесь, милочка, здесь вы в полной безопасности.
Птичка чувствовала, как бешено бьется пульс. Мысли ее пробивались сквозь удушливый туман. Ей потребовалось все самообладание, чтобы остаться на месте.
— Вы можете сказать, какое лекарство принимаете? — спросил седовласый демон.
— Говорю же, я не шизофреничка. И вообще у меня нет никакого психического заболевания. Мне нужно вернуться в парк, потому что иначе он убьет его. Вы что, не слышите?
Медсестра вздохнула и бросила папку на столик. Налила в маленький картонный стакан воды из сифона и полезла карман.
— Ладно, Саманта, будь по-вашему. — Она извлекла бутылочку с пилюлями.
Так было и в прошлый раз. Воспоминания нахлынули, как управляемые снаряды, нацеленные на родной дом. Пока она сидела запертой в шкафу, дома случилось нечто ужасное, и теперь демоны стараются завершить начатое.
Завибрировал в кармане мобильник, и Птичка шумно выдохнула. У нее совершенно вылетело из головы, что он велел ждать звонка. Телефон продолжал звонить, а она не знала, что делать. Демоны жужжали и жужжали, старясь установить связь.
«Все пошло наперекосяк! Отсюда я не могу помочь Брэду. Надо как-то избавляться от этих демонов».
— Берите. — Сестра вытряхнула на ладонь две пилюли. — Это позволит вам успокоиться.
— Нет. — Голова, казалось, готова лопнуть от напряжения. Птичка отшатнулась. — Не могу.
Сестра покосилась на лысого санитара. Тот придвинулся, загораживая Птичке дорогу.
— Не надо создавать проблем. Либо вы проглотите их сами, либо мы поможем вам. Вам что, в участок снова захотелось? А оттуда в тюрьму?
— Не могу, — всхлипнула Птичка. — Не могу.
Санитар потянулся к ней, и Птичка бросилась между ним и медсестрой. Мощная рука санитара взлетела, обхватила ее за талию, оторвала от пола и швырнула на койку. Задыхаясь, Птичка вскрикнула и попыталась лягнуть его.
— Ремни!
Эти слова перекрыл пронзительный крик, рассекший воздух у нее над головой. Кричала она.
«Все кончено. Я у них в руках, и остается лишь отбиваться — ради Брэда».
Птичка извивалась, молотила кулаками по воздуху, отбивалась, как кошка, которую перевернули на спину.
Ее привязали к кровати. Перед глазами все плыло. Чьи-то вопли, ее собственные яростные выкрики, руки, не дающие ей сдвинуться с места, игла, впивающаяся в плечо… Мысли смешались. И все же она понимала, что все эти люди убивают Брэда, и ненавидела их за это еще больше, чем собственного отца, который хотел убить ее.
— Он убьет его, убьет! — взывала Птичка. — Пожалуйста, не убивайте меня, не убивайте!
Мир убывал, а голос терялся в гулкой тишине. Она слышала, и ощущала, и видела разные предметы, они напоминали фрагменты далекого прошлого, и, может, происходящее — это и впрямь оживающая память о былом. Об аде.
— …в общую, пока мы не переправим ее в Уэст-Пайнс…
Она извивалась, стараясь заслониться от сильного света.
— …крепче, чем кажется.
Кто-то засмеялся.
— Кто бы мог подумать? Просто Саманта?
— Это сейчас просто Саманта…
Птичка ощутила, как погружается во тьму.
«Брэд? Брэд, ты здесь? — мысленно всхлипнула она. — Прости… прости, я… потеряла».
И вдруг словно услышала: «Все в порядке, Птичка, не волнуйся. Я люблю тебя. Ты очень красивая».
«Тебе не кажется, что я выгляжу как шлюха?» — тревожно спросила она.
«Мне кажется, ты самая красивая женщина на свете. Гляди в оба, Птичка. Он охотится за тобой. Его зовут Квинтон Гулд, и сегодня ночью он придет за тобой».
