— Хватит! — Птичке надоело их слушать. — Довольно! Мы не знаем, с кем и зачем он хочет увидеться. И вообще это не имеет отношения к тому, о чем вы тут говорите! — Ее звенящий от напряжения голос эхом пронесся по просторному холлу женского помещения. — Хоть ты им скажи, Андреа, ради всего святого!
— И то правда. Птичка хочет, чтобы я с ним пофлиртовала.
— Я этого не говорила.
— Разве? — смущенно спросила Андреа. — Простите, простите. Я думала…
— Я сказала, ты могла бы, — отрывисто бросила Птичка. — И не говорила, что хочу этого. Хотя… мне все равно.
Распахнулась дверь, и в холл ворвался Бартоломью, худощавый постоялец, страдающий галлюцинациями.
— Птичка, они идут сюда! И он отлично сегодня выглядит. Красивый дьявол.
— Ты что, всем всё рассказал? — Птичка грозно посмотрела на Казанову.
— Не всем, — пожал плечами тот.
— Простите. — Бартоломью круто повернулся на месте. — Мой рот на замке. — Он направился в общую гостиную.
Птичка вздохнула. Наверняка он поделится новостью со всеми собравшимися, если только они и сами уже не прилипли к окну.
— Вон отсюда! — взорвалась Птичка. — Уходите немедленно, все!
— Не можем, Птичка, — возразил Рауди. — Ты же сама сказала: вдруг понадобится кто-нибудь из нас.
— Сомневаюсь.
— Ага, он все-таки по твою душу, — кивнул Касс. — Да я отсюда по его глазам вижу. У этого типа одно на уме. Ну и нормально, я сам такой. Просто не забывай, о чем я тебя предупреждал.
Не успела Птичка ответить, как дверь открылась и в холл вошли Элисон и Брэд Рейнз. Птичка запаниковала, подумав, что их застали глазеющими в окно, и невольно восхитилась: как же все-таки красив Брэд Рейнз.
«Сегодня на нем джинсы, а раньше я его в джинсах не видела. В них он больше похож на меня, в известном смысле, конечно. Хотя глупо сравнивать».
— Привет, друзья, — улыбнулась Элисон. — Вижу, вы ждали нас.
— Нет, — возразила Птичка. — То есть они-то, верно, ждали. Только о том и болтали. Казанове рот не заткнешь. — Больше всего сейчас Птичке хотелось слиться со стеной.
— Привет. — Брэд медленно обвел всех взглядом и остановился на Птичке. — Надо полагать, вам все известно.
— О чем вы? — насторожился Рауди. — Новые улики появились? Очередное послание? — Он вытянул руку. — А ну-ка давайте его сюда, я скажу помощнику, чтобы он все подготовил, и немедленно примусь за дело.
— Прекрасно выглядите сегодня, — заметила Андреа.
Птичка повернулась к подруге и увидела, что та не сводит глаз с Брэда.
«Ну как она позволяет себе такое после всего, что случилось?»
— Действительно, — кивнула Птичка и тут же выругала себя за глупость, но… нельзя же позволять Андреа всегда лезть вперед.
— Спасибо. — Брэд не сводил с нее глаз. — Если никто не против, я хотел бы поговорить с Птичкой. Может, ей удастся кое-что сообщить нам…
— Что, снова призраки?
— Рауди, прошу вас, — повысила голос Элисон. — Не надо вести себя так. Слишком много людей страдают сейчас, в эту минуту. Может, позволите нам уединиться на некоторое время?
— На какое именно? — упрямо спросил Рауди.
— На час. Может, на два. Пожалуйста. А потом Птичка вернется.
— Мне нужно принять душ, — заявила Андреа. — Простите, простите. — Она поспешила к двери.
Рауди набычился, выпятил губы и последовал за ней. Казанова подошел к Брэду и поцеловал ему руку.
— Сочувствую вашей утрате, молодой человек. Она и впрямь была ослепительно красива. Но не забывайте: там, откуда она пришла, есть другие. — С этими словами он удалился.
— Комната в вашем распоряжении, — сказала Элисон. — Но я бы здесь задерживаться не стала. Вас все время будут прерывать.
— А вы уходите?
— Да. — Элисон подошла к Птичке и мягко погладила ее по щеке. Голос ее звучал в тон улыбке: — Все хорошо, девушка. Нельзя сказать, что все это вам так уж необходимо, но разрешаю поделиться, чем сочтете нужным. Он хороший человек. Думаю, вы можете ему доверять, то есть точно можете.
— Да я верю, верю ему, — медленно кивнула Птичка.
— Понимаю, но мне кажется, вы можете именно доверять. И себе тоже. Ничего не бойтесь, дитя мое. — Она повернулась и направилась к двери. — Если понадоблюсь, найдете меня в приемном покое. Да, чуть не забыла. По-моему, вам лучше устроиться на южной лужайке — это у нас самое уединенное место. На берегу пруда, сразу за осиновой аллеей. Птичка, вы ведь знаете, где это.
«На берегу пруда. Почему так далеко? Ограда там совсем рядом, а я не хочу приближаться к границе своего мира», — заволновалась девушка.
— Птичка?
— Да. Пруд, все ясно.
— Ну и хорошо. — Элисон удалилась.
— Что ж, — улыбнулся Брэд и покраснел. — Все было довольно забавно.
От этих слов ей стало немного легче. Но бдительность терять нельзя. С той минуты как Элисон сказала, что Брэд Рейнз возвращается в центр, Птичка пребывала в панике. Через четверть часа она не выдержала и все выложила Андреа.
