Она начала сердито жевать, не уточнив, причем здесь люди, страдающие слабым зрением, и что именно против них имеют жители соседнего королевства. По молчаливому согласию с Бади, переспрашивать мы не стали, чтобы не провоцировать словесные излияния. Так и ели в молчании, пока в компании собратьев по историческому клубу в столовой появился Флемм.
В приподнятом настроении он уселся с нами. Хорошее настроение у Ботаника случалось настолько редко, что мы дружно переглянулись и сильно напряглись. Понимаете, если в умнике, считающем себя ни больше, ни меньше, а гением, вдруг проснулся неудержимый позитив, то для нормальных людей это вполне могло обернуться каким-нибудь грандиозным учебным проектом.
– Ребят, вот умора! – Он полез в кожаный портфельчик, с которым ходил на занятия. – Слышали о двоих из-под куста?
Я почувствовала, как меняюсь в лице. Есть окончательно расхотелось.
– Гляньте! Шедевр! Мы с парнями чуть животы не надорвали.
Он продемонстрировал большую листовку, разделенную на разновеликие квадраты. Неизвестный автор дотошно обрисовал сцену в оранжерее, для пущего ехидства добавив кое-что от себя. Этакая графическая повесть, сделавшая самый унизительный момент моей жизни общественным достоянием.
На первой картинке мы с Форстадом страстно обжимались. У меня была задрана юбка, виднелись трусы в горошек, на макушке восторженно топорщился большой бант, а лодыжку уже оплетала гибкая ветвь, похожая на щупальце (к слову, у куста были глаза с длинными ресницами и зубастая пасть). На следующей мы, словно огромное осиное гнездо, болтались вверх тормашками. Бантик развязался и свисал неряшливыми полосками. Унизительный момент с ведром мутной водицы и хихиканьем магистра тоже не пропустили. В конце мы сидели на земле, мокрые, пристыженные и очень печальные.
– Обхохочешься! – развеселилась Тильда. – Ведьма, у тебя же сегодня занятие в оранжерее проходило, ничего не слышала?
– Ну… – я низко опустила голову, чтобы друзья не заметили пылающие щеки.
– У ребят черепица обвалилась! – окончательно распоясался Ботаник. – Кто вообще будет заниматься сексом под плотоядным кустом?
– Так, может, они и не занимались?! – сама от себя не ожидая, выпалила я, хотя любой адекватный человек, окажись он главным героем карикатуры, прикусил бы язык.
Сотрапезники моментально смолкли, вперили в меня вопросительные взгляды, даже Бади смотрел с неподдельным интересом. Они ждали. Я молчала, поклявшись, что не признаюсь в позоре даже под пыткой.
– Только не говори, что это ты, – указав пальцем на рисунок, после долгой многозначительной паузы недоверчиво протянула Тильда.
– Правда ты? – охнул Ботаник.
Вы когда-нибудь видели ошеломленного зануду, вечно ходящего с пресной миной, словно от необходимости дышать одним воздухом с плебеями он страдает тяжелым несварением? А мне прямо сейчас довелось. Зрелище не для слабонервных.
– Да у меня даже трусов в горошек нет! – рявкнула я и, вскочив из-за стола, подхватила поднос:
– Еще заклятье учить и доклад по истории писать. Пошла…
Злая, как разбуженная среди зимы рейнсверская горгулья, я шагала в общежитие. Внутри кипело. В таком состоянии не то что заниматься высшей магией, даже приснопамятный доклад по истории чревато писать – обязательно психанешь и что-нибудь развеешь пеплом!
Широкий подоконник в самом центре перехода в жилое крыло оккупировала знакомая компания с Дином Дживсом и Троем Остадом. Народ разглядывал издевательскую листовку, видимо, ставшую главным развлечением сегодняшнего вечера, и гоготал. Гуси, честное слово, а не парни! Уверена, что парочке прихлебателей было известно, кто являлся главным героем оранжерейного приключения, но даже угроза оказаться отлученными от тела столичного мажора не мешала им глумиться над графической новеллой.
– Эй, Ведьма! – позвал Дживс. Подозреваю, в академии случился бы еще какой-нибудь катаклизм, если бы он не обратил на меня внимания и не попытался довести до состояния озверелой мухоловки из кабинета Армаса.
– Дживс, клянусь, я готова покусать любого, кто сейчас откроет рот и плохо пошутит! – рявкнула я, проходя мимо.
И кто-то толкнул меня в спину! Нагло, беспардонно и на редкость подло. Я должна была уткнуться носом в пол, но с большим удивлением обнаружила себя на винтовой лестнице в одной из башен Дартмурта.
