Смущенная Грейнджер, чей покой в очередной раз был нарушен, с опаской взяла бумажку, на которой было напечатано «Гермионе» и, дождавшись пока Вейн отойдет подальше, быстро открыла письмо.
«Шоколадная прядь погладила щеку,
Солнце слабо коснулось твоих сладких губ.
Твой внутренний свет озарил мне дорогу,
Путь по которой превратит меня в труп.
Я потерялся в глубине твоих глаз,
Стал думать, мечтать и терзаться.
Знаю, что меня ждет грубый отказ,
Но мне чуждо сдаваться».
Гермиона хотела перечитать стих вновь, но вдруг буквы стали расплываться, видимо, подвергшись заклинанию Иллегибилус*, оставив рифмы лишь в памяти девушки.
Желание учиться мигом испарилось, а любопытство взяло верх над здравым смыслом.
____________________
Дверь громко хлопнула и в конце «Трех метел» появилась компания Малфоя. Панси не замолкала ни на секунду, крепко сжимая в руках покупки из «Шапки-невидимки» и попутно прижимаясь к Малфою.
— Какие классные костюмы, Драко! — радостно вскрикнула Паркинсон, моментально вызвав раздражение у доброй половины присутствующих в помещении.
— Замолчи уже, наконец, — прошипел Малфой, усмирив свою подружку.
— Это, конечно, обдираловка. За кровопролитные конфеты целых 5 галлеонов, — рассматривая коробку с леденцами малинового цвета, грустно сказал Нотт.
— Это из-за значка на твоей мантии, — жестом подозвав Мадам Розмерту, ответил Забини.
— Надеюсь, Гэстия оденется нормально, а не как в прошлом году. Это был настоящий стыд, — скривился Нотт, встряхнув головой, изображая отвращение, — вывалившиеся кишки — не лучший наряд для девочки.
— Флора выглядела не лучше с проломленной черепушкой и вытекающими мозгами, — поддержал друга Забини, также скривив лицо.
— Как мы пронесем огневиски на бал? Макгонагалл наложит сигнальные чары на Обеденный зал.
— У меня есть идея, — ухмыльнулся Забини, схватив кружку с медовухой и осушив ее до дна.
_________________________
Гермиона удобно расположилась в кресле около камина в гостиной. Она по памяти пыталась воспроизвести в голове рифмы из полученного зачарованного письма. Все догадки об отправителе сводились к одному человеку — Виктору.
Шумная компания из трех человек разрушила усыпляющую тишину. Рон резко остановился, заметив освещенное теплым светом от камина лицо Гермионы.
— Встретимся на ужине, — намекнул он друзьям. Гарри понимающе кивнул и, схватив за руку Джинни, потащил ее в сторону спален.
— Привет, — Рональд разогнал стаю мыслей, кружившихся в голове Грейнджер.
— Привет.
— Слушай, — Уизли сделал неуверенный шаг к девушке, — прости.
— Рон, я…
— Позволь договорить, — прервал ее парень, и Гермиона поджала губы, — мне не стоило… так себя вести.
— Да, не стоило.
— Я жутко ревную тебя. Меня просто переполняет это глупое чувство.
— Рон, — выдохнула Гермиона, — я никогда не хотела давать тебе поводов, чтобы ревновать. Правда.
— Я знаю, просто…
— Давай, забудем? Это все, — Гермиона развела руками и вновь громко выдохнула, — неважно.
Рон вплотную подошел к креслу и протянул руки к Гермионе, чтобы обнять. Девушка мигом встала и, обхватив шею парня, прижала к себе, целуя в губы быстрее, чем Рон успевает сказать что-то еще. Он ответил на поцелуй, который становится таким жадным, будто они ждали его целую вечность. Руки парня оказываются на талии Гермионы, сильнее прижимая к телу. Лицо Уизли все еще холодное от пребывания на улице, но губы кажутся обжигающими.
— Гермиона… — шепнул Рон.
— Замолчи.
Она заглянула ему в глаза, провела рукой по щеке, задевая взъерошенные рыжие волосы, и притянула к себе для поцелуя. Требовательного, жадного, настойчивого. Сердцебиение обоих заглушает сбивчивое дыхание и все прочие звуки, раздаваясь, будто в висках. В животе появляется трепетное волнение. Руки Гермионы слегка трясутся и, словно надеясь скрыть эту дрожь, зарываются в огненных волосах парня.
Ладонью Рон скользит по щеке и поправляет волосы, слегка оторвавшись от губ, чтобы затем примкнуть вновь. Второй поцелуй отличается от первого. Он более нежный, легкий и заставляет Гермиону улыбнуться.
Гермиону лихорадит, ее мозг взбудоражен, в груди бушует целая буря эмоций, и она абсолютно не понимает, что будет завтра, но сейчас ей всего лишь хотелось целовать его и быть рядом, не думая ни о чем. Особенно о письме.
*Иллегибилус — это заклинание, используемое, чтобы сделать текст неразборчивым.
========== Глава 6. ==========
— Мне не нужен никакой костюм, я куратор!
— Ну, это же Хэллоуин, Гермиона! Даже преподаватели будут в костюмах. Почему ты такая упёртая и скучная?
— Не хочу я надевать никакой костюм. Детский сад, — девушка громко фыркнула и показательно закатила глаза.
— Рон пойдёт один? — Джинни вытаращила глаза.
— Это не моя прихоть! Кто-то точно захочет пронести что-нибудь запрещённое. Так что Рон будет один, — Гермиона вновь фыркнула и резко отдёрнула себя за эту странную привычку.