— Нет, не рискнул… Я не Бог, Козырев, и хорошо знаю свои возможности. К тому же у меня не было необходимого инструмента, приборов, оборудования.
— Но… но как же! — задохнулся от безысходности Стас. — Я опущу руки и буду ждать, когда мой друг умрет?
— Молитесь Богу или ищите деньги.
— Я сам буду его оперировать!
— Вы убьете его своим же скальпелем, Козырев.
Вскоре после этого разговора Стас получил по факсу письмо из клиники Уилкинсона. Ведущие специалисты клиники были готовы консультировать операцию на головном мозге при условии стопроцентной предоплаты. Далее значилась сумма.
— Срочно передай ответ, — сказал Стас Розалинде, пряча письмо в карман халата. — На условия согласен. Жду через три дня… Сможешь перевести сама?
— Но где вы возьмете такие громадные деньги, Станислав Федорович?
Он не знал, где возьмет деньги, он не имел ни малейшего понятия, каким образом станет добывать валюту, и это уже само по себе раздражало Стаса. Безобидный вопрос Розы взорвал его.
— Не задавай лишних и глупых вопросов! — крикнул он и вышел в коридор. Сделав несколько огромных шагов в бессмысленном направлении, Стас вдруг представил свое перекошенное лицо, и ему стало стыдно. Он уже хотел было вернуться назад, чтобы извиниться перед девушкой, как вспомнил, что у него в отделении сейчас лечится некий молодой бизнесмен, которого на разборках ранили в голову. Во всяком случае бизнесмен знает точно, откуда можно взять столько денег, подумал Стас, спускаясь по лестнице.
Он начал действовать, он делал первые шаги к безумной затее, и уже не испытывал отупляющего чувства бессилия. В огромном, длинном плане действий, который он составил, уже четко вырисовывалась ближайшая цель.
Бизнесмен, перенесший полмесяца назад операцию на мозг, чувствовал себя отлично. С остриженной почти под ноль головой, небритый, он воспринял проблему Стаса как свою собственную.
— Господину доктору нужны большие деньги? — насмешливо спросил он Стаса. — А что в вашем понимании «большие»? Штука баксов? Две? Десять. Или, пардон, «лимон»?
Стас назвал сумму. Бизнесмена она не впечатлила.
— А для какой цели вам эти деньги, если не секрет?
— Не секрет. Нужно спасать жизнь другу.
— Святое дело, — кивнул бизнесмен и почесал бритый затылок. — Можно взять кредит в банке под проценты.
— Я не расплачусь потом за всю жизнь.
— Ах, да, я забыл, что вы врач… Вы правы, хрен вам потом расплатиться с вашей зарплатой. Кредит отпадает. Как же вам помочь?
Он ходил по палате, почесывая затылок и живот одновременно.
— Значит, нужно что-либо продать. Что у вас есть ценного? Антиквариат, золото, тачка, квартира?
— Есть особняк, есть машина — не новая, правда. Есть участок.
— Особняк трогать пока не будем, негоже такого хорошего врача в бомжа превращать. Какая у вас тачка?
— «Фольксваген Пассат», восемьдесят тысяч километров пробега.
— А участок застроенный?
— Нет, отец получил его лет пятнадцать назад, но ничего не успел построить. А у меня руки не дошли.
— Сколько соток?
— Кажется, пятнадцать.
— Где?
— Тридцать километров по Киевскому шоссе.
— Не сочтите за трудность, — сказал бизнесмен, вытаскивая из-под подушки мобильный телефон. — Оставьте меня на несколько минут. Мне надо кое-кому позвонить.
Вскоре бизнесмен сидел в кабинете у Стаса на кушетке, закинув ногу за ногу.
— Значит, так. Вы продаете машину и участок, и получаете необходимую вам сумму. Все оформят мои люди, доллары принесут сюда в черном чемоданчике. — Он пристально смотрел в лицо Стаса, пытаясь увидеть в нем следы шока, но лицо врача не изменилось. — Но если честно, господин доктор, вы останетесь в небольшом проигрыше.
— Хорошо, — ответил Стас. — Когда будут деньги?
— А когда надо?
— Максимум через три дня.
Бизнесмен растянул губы в улыбке, предваряющей эффект:
— Вы получите их через три часа.
Алла поняла, что старуха хитрит и, не без усилий протолкнувшись в прихожую, сразу пошла в наступление.
— Что это вы мне, бабушка, сказки рассказываете? — громко спросила Алла, подбоченившись. — Переехал на другую квартиру, а вещи у вас оставил?
— Какие вещи? — Старушка сделала глаза круглыми, ей казалось, что так они выглядят менее лукавыми.
— Матрац, к примеру!
— А матрац не его! — в свою очередь попыталась крикнуть старушка, но вышло что-то жалкое, похожее на всхлипывание.
— Не надо! Не надо! — замахала Алла руками. — Уж что-что, а этот матрац мне хорошо знаком.
Она решительно вошла в комнату и увидела коробки с бутылками. Это окончательно вывело ее из себя:
— Так, бабуся, вы капитально вляпались. Через час сюда приедет бригада из «Времечка» и милиция, они отснимут весь этот подпольный склад «левой» продукции, и вас на старости лет будут судить. А имущество конфискуют.
— Да уж, конфискуют! — Бабка еще делала попытки сохранить мужество. — Молодая такая, а наглая! Телевидение ты вызовешь! Это я сейчас позвоню хлопцам, они тебя, проститутку паршивую, быстро отсюда выкинут!
— И за оскорбление вы ответите, — уже спокойнее ответила Алла, прикидывая, как бы получше припугнуть бабку. — И за производство паленой водки.
