Обреченный взвод полностью

Несмотря на слякоть, утренние многокилометровые пробежки с Юраем не прекратились. Однако, вероятно из-за того, что капралу самому не доставляло удовольствия месить грязь на раскисшей дороге, взвод теперь носился по скользким от дождя травянисто-каменистым склонам сопок. Надо ли говорить о том, что количество синяков и ссадин на телах курсантов, а также швов и заплат на обмундировании резко увеличилось?

В одно такое хмурое дождливое утро мы выбежали из казармы и с удивлением обнаружили, что вместе с нами строится вся пятая рота. На построении присутствовали все ротные капралы, сержанты и офицеры.

Построившись, рота миновала плац и вышла на дорогу. В это время со стороны парка показались сложенные по-походному БПРы. Одиннадцать роботов в сопровождении одной санитарной амфибии и машины технической помощи на базе тяжелого танка проехали мимо нас в сторону, обратную полигону, основательно перемешав дорожную грязь. Мы двинулись следом, с трудом выдергивая ноги из засасывающей жижи и кляня судьбу, бронетехнику, командиров и всех, до кого могли мысленно дотянуться.

Через пару километров колонна свернула на давно неезженую дорогу, основательно заросшую травой и мелким подлеском. Хоть траки БПРов и сдирали местами дерн до камня, но все же на целине не образовывалось много грязи. Идти стало легче. Кое-кто начал перешептываться, выясняя цель похода. Однако среди курсантов сведущих не оказалось, а капрал Юрай, когда Логрэй осмелился спросить у него, приказным тоном посоветовал заткнуться.

Перейдя вброд небольшую речушку, двинулись вдоль берега вниз по течению, то удаляясь, то вновь приближаясь к извилистому руслу. Вскоре, после слияния с несколькими ручьями, речка стала более полноводной. Затем гранитная скала разделила русло пополам, и далее два рукава так и текли отдельно, пока через пару километров не влились в по-настоящему полноводную реку, до противоположного берега которой было не менее пятисот метров.

Рота прошла еще немного по следам бронетехники вниз по течению и, обогнув подступающую вплотную к обрывистому берегу рощу крупных деревьев, спустилась на обширный песчаный пляж, на котором уже застыли в ожидании БПРы.

– Интересно, какая здесь рыбка водится? – мечтательным голосом тихо вопросил Борк, глядя на мрачную речную воду, исходящую рябью от мелкого дождика, и, переведя взгляд на низкое серое небо, добавил: – В такую погоду клев должен быть отменный.

– Вот и червячок для наживки прополз, – криво ухмыльнулся Яцкель, кивая на песок у воды.

Там в реку уходил извилистый след шириной в полметра, будто бы кто-то протащил волоком тяжелый мешок. По краям след был окаймлен пунктиром ромбовидных вмятин от трехпалых когтистых перепончатых лап.

– Впечатляющий червячок, – согласился Борк и передернул плечами. – Пожалуй, здесь мирно с удочкой не посидишь.

– Тебе действительно доставила бы удовольствие рыбалка в такую мерзкую погоду? – спросил Отто.

– Тебе этого не понять, – с искренним сожалением посмотрел на Гергерта рыбак. Он хотел еще что-то добавить, но в этот момент перед строем вышел командир роты и наконец-то объяснил цель нашего похода – отработка форсирования водной преграды отделением БПРов.

Взводные провели инструктаж и разбили подразделения по отделениям, каждое второе из которых переправилось на амфибии на противоположный берег.

Моему отделению, как обычно, предстояло первым пройти испытание. Залезая в рубку боевой машины, вспомнил первые стрельбы и подумал о том, что если в этот раз в качестве наказания за неудачное форсирование заставят ползать по-пластунски, то пока отстреляется вся рота, можно будет превратиться в то чудище, чьи следы уходят в воду.

– Отделение, доложить о готовности! – послышалась команда капрала из наушников шлемофона, когда боевые машины въехали на базы, и курсанты, заняв места в рамах, подняли роботов.

– Первый к выполнению боевой задачи готов! – доложил Логрэй.

– Шестой к выполнению боевой задачи готов! – крикнул я, дождавшись своей очереди.

– Отделение, в направлении реки, цепью – марш!

Держа строй, мы синхронно сделали первый шаг. Система звукоизоляции была настроена на пятидесятипроцентное шумоподавление, и происходящее снаружи казалось нереально тихим. Так как стрельб и грохота разрывов не предвидится, я провел по сенсору, прибавляя звук. Теперь отчетливо слышится скрежет мокрого песка под подошвами многотонных титанов.

Когда первый БПР вступил в воду, в десяти метрах от берега взорвался фонтан брызг, и нечто большое, на краткий миг показавшись из воды, стремительной тенью ушло в глубину.

– Четвертый, не рвись вперед! Держи строй! – окоротил вырвавшегося вперед наблюдающий с берега командир взвода.

Вода скрыла коленные щитки, и начало чувствоваться ее сопротивление. К тому же чем дальше от берега, тем сильнее становилось течение.

Вдруг, хоть и замедливший шаг, но так и оставшийся впереди четвертый, резко завалился по течению и, подняв тучу брызг, ушел под воду.

– Отделение, стой! – скомандовал капрал.

– Смотрите на экраны сонаров, идиоты! – это голос командира роты.