– Но она передалась. И мне пришлось… запечатать её, – она переворачивает мою руку и указывает на еле заметный шрам. – С каждой твоей попыткой использовать силу он стирается, и в конце концов…
– Она освободится, – ошеломлённо перебиваю я.
Мама грустно кивает и громко сглатывает.
– Но почему ты не сказала раньше?
– Я надеялась, что вообще не придётся об этом говорить. А это, – она указывает на руку, – было для подстраховки. Одри, я ведь понимаю все эти детские мечты и подростковые желания быть избранным, иметь суперспособности.
Она устало откидывается на спинку дивана.
– Если бы я тебе сказала, что есть хоть шанс, то ты непременно бы попыталась их высвободить. Но иногда лучше быть самым обычным!
– Или научиться пользоваться своими возможностями, – предлагаю я и ловлю строгий взгляд.
– Даже не думай об этом.
– Ну, мам!
– Нет, – отрезает она и поднимает руку в ожидании. – Книгу, Одри. Я не позволю тебе рисковать.
Я вскакиваю на ноги и, сердясь, выхожу из гостиной. Через минуту приношу увесистую книгу заклинаний и отдаю её маме.
– Вот. Но участвовать в этом я не буду.
– Одри!
– Нет! – так же уверенно я стою на своём, как она на своём. – Мне действительно хочется узнать об этом больше, ведь это часть меня!
Мама резко отворачивается, уставившись в окно. Её плечи напряжены.
– Ты не понимаешь, о чём говоришь. Последствия, которые…
– Так научи меня их избежать! – умоляю я, но она непреклонна. – Почему ты так уверена, что я не справлюсь? Разве так сложно поверить в меня?
– Одри, я не… – она запинается, – я знаю, что значит иметь такие способности. Я прошла через это.
– Но я не ты!
Зажимаю виски, чтобы голова не лопнула. Чувствую себя волшебницей, от которой в своё время спрятали письмо из Хогвартса, а теперь уже оказалось поздно.
– Вы не имели права решать за меня!
– Одри! – мама приближается ко мне с протянутыми руками.
– Нет! – я иду к выходу. – Я хочу побыть одна!
Хлопнув дверью, я направляюсь куда глаза глядят.
Я сижу в парке и смотрю на здание психдиспансера. Устроившись туда ради Калеба, я не вижу больше смысла оставаться. Это совершенно не то место, где мне хотелось бы работать. Да и просто находиться там удручающе. Я сообщила о своём увольнении непосредственно мистеру Уэсту. Расчёт должны подготовить завтра.
Чувство стыда волнами нахлынывает и теряется в сумбуре остальных эмоций. Разговор с Сарой на заднем дворе кафе был вчера вечером, а я до сих пор не могу понять почему поддалась чувствам и подставила Джейн. Даже если вампирша не виновата в смерти Калеба, она вполне может быть причастна к смерти Вивьен. Теперь подобраться к ней будет сложно. Да и вообще непонятно почему она так спокойно раскрыла перед нами свою сущность и потом так же спокойно ушла.
Оставшийся вечер и ночь я провела в своей комнате, куда меня любезно доставила Джейн. Я пока не решилась заговорить с родителями о вампирах. Хочу спросить, правда ли, что они не позволили спасти Калеба, но в горле словно вырастает кость. Каждый раз, когда вижу родителей, чувствую себя виноватой: я ведь знаю, что готова заключить сделку с самим дьяволом, только чтобы вернуть брата.
– Привет.
Рывком поднимаю голову, услышав знакомый голос. Майкл стоит в шаге от меня. От неожиданности в горле запершило и я прокашлялась.
– Привет.
– Как ты?
Раз за разом, когда думаю, что осталась без брата, словно чуть-чуть сильнее осознаю это. И каждый раз ощущаю внутри зверскую пустоту. Майкл, пожалуй, мог быть одним из тех, кого я была бы рада сейчас видеть, если бы он в последнее время не избегал меня.
– Хэлен нашли? – я не могу ответить на его вопрос, поэтому задаю свой.
Он отрицательно качает головой. Я проникаюсь сочувствием, допустив мысль, что девушка уже не вернётся домой. Как никто я могу понять его, если её найдут мёртвой.
– Мама с ума сходит, сегодня на работу не пошла.
Надеюсь, я не выдала себя, слегка закатив глаза. Отмечаю, что Майкл совсем не похож на вампира: здоровые блестящие волосы, голубые глаза, лёгкий румянец и порой координация, оставляющая желать лучшего. Одной из его характерных черт является зависание в облаках, а когда это происходит, он часто во что-то врезается.
Так хочется спросить, узнать как же так вышло, что он живёт под одной крышей с чудовищем. Или не чудовищем? Если верить Саре, она хотела помочь Калебу. Я уже не знаю кому верить. Неужели мама и папа отказались от родного сына, когда на другой чаше весов была их вера?
