Темнота. Я лежала, окутанная густыми, почти осязаемыми тенями, и слушала дыхание своего мужа. Ощущала биение пульса в его руке. И пыталась найти в себе хотя бы кусочек безмятежности.
Закрыла глаза. Вдохнула пряный аромат, даже не пытаясь определить, что же это за запах. И беззвучно, движет губ позвала:
Это не похоже ни на что. Казалось, простыня подо мне стала тонкой, прозрачной поверхностью бездонного океана. Мгновение я еще лежала на этой хрупкой грани между двумя стихиями, а потом рухнула в темные глубины. Погружение стремительное, но плавное.
Когда-то мне довелось услышать, что люди считали воду аналогом души. Rio Abajo Rio, река под рекой. Так, кажется, говорили. Что ж… Вполне возможно…
Тени… Скользят… И погружаются… в глубины…
В тревожной тишине этих вод я перевернулась, вытягивая руки вниз, и стала помогать себе сильными экономными гребками, как делала, когда ныряла.
Темнота. Из непроглядной черноты время от времени показывались светящиеся существа, какие живут лишь под толщами давящей и в то же время лишающей веса воды: причудливые и странные медузы, закрученные в сложнейшие спирали, просто небывалые. Лица тех, кого я знала, лица тех, кого не узнаю никогда, – размытый, призрачный всплеск красок на периферии зрения.
Я погружалась. Подводный дворец появился сначала просто далеким сиянием, постепенно все разрастался, пока не превратился в симфонию света и формы. Плавные, округлые, глубокие линии. Я остановила погружение, разворачиваясь ногами вниз, и плавно опустилась на террасу. Бесшумные, смягченные водой шаги, пустые залы, прозрачные, зеркальные стены отражали одиноко блуждающую фигуру.
Я нашла ее в одной из беседок, уютно устроившуюся среди разбросанных подушек, задумчиво разглядывающую расстилающийся вокруг темный пейзаж. Взмах рукой – я послушно опустилась рядом и стала разливать вино.
Интересно, как можно разливать жидкость из кувшина в бокалы, если ты находишься в воде? А, какая разница!
Она наконец закончила свое странное исследование и соизволила повернуться ко мне. Изумрудно-зеленые волосы облаком летали вокруг тонкого, бледного лица, хрупкое тело, как всегда, было спрятано под бесчисленными слоями аррской церемониальной одежды. Только огромные зеленые глаза казались слишком велики для нее – глаза эль-ин на человеческом лице.
Двадцать лет прошло с тех пор, как погибла Нефрит арр-Вуэйн. И вот уже двадцать лет многоцветная богиня, желая устроить выволочку своей верховной жрице, принимала облик зеленоглазой смертной. Поначалу я пыталась спрашивать почему. В ответ получила: «А разве это я выбрала?». Вопрос был закрыт.
– Ты, похоже, последнее время была весьма и весьма занята, Антея.
Ха, ха. Не смешно.
Она подняла кубок, чуть смочила губы.
– Не прибедняйтесь, Хранительница, – улыбнулась. Жестко.
Я усилием воли выпустила задержанный в легких воздух. Разжала стиснутые зубы. Если собственное alter ego недвусмысленно приказывает вам прекратить валять дурака, то лучше прислушаться.
– Не морочь мне голову, о божественная.
– Все еще ищешь простые решения, а, Антея?
– Простые решения – обычно самые верные, – резко.
Слишком резко. Спокойнее, девочка, спокойнее. Переходить на площадную брань в спорах с собственным подсознанием – дурной тон, – Мне надоело вслепую натыкаться на холодные острые углы и удивляться, почему это так больно.
– И ты хочешь, чтобы я – как бы это сказать, не выходя за рамки метафоры? – осветила твой нелегкий путь?
Я блеснула клыками.
– Какой-нибудь завалящий фонарик совсем бы не помешал, о божественная.
– А еще лучше – прожектор?
– А еще лучше – вообще организовать солнечный полдень, – отрезала я. Нефрит прищурилась, глядя на меня снизу вверх, и первозданное, примитивное и нерассуждающее эльфийское упрямство уставилось на нее в ответ.
Богиня сладенько улыбнулась.
– И на какие именно вопросы тебе требуется пролить свет, Антея?
Опасный тон. А не перегнула ли я палку? А не все ли равно? В конце концов, что еще она может мне сделать?
Так, последнюю мысль вычеркнем как неудачную.
– Что, во имя бездонной бездны, затеяла Лейруору? – Из всего разнообразия вопросов я выбрала именно этот, понимая, что именно вокруг него можно найти ответы на все прочие загадки сегодняшнего дня.
– А-аа, Лейри, – Нефрит откинулась на мягкую спинку сиденья. – Ты так уверена, что она что-то затеяла?
– Ее почерк ощущается во всем происходящем. В том, что Мать Обрекающих так неожиданно (и так вовремя!) заинтересовалась людьми. В том, что темному королю вдруг понадобилась Драконья Кровь. В том, что люди вдруг оказались замешаны во внутренние разборки кланов… Чего она добивается? Если бы я знала, то могла бы ей…
– Помочь?
– Да.
– Вот именно поэтому тебе знать и не полагается, – отрезала Нефрит, и я поняла, что не являюсь монополистом на первозданное упрямство.
