Когда Эван выходит, на нем не оказывается куртки, несмотря на холодный день. Один лишь взгляд на его футболку заставляет меня дрожать снаружи. И распаляться внутри. Ничего не могу с собой поделать: всякий раз, когда смотрю на своего адски горячего парня, чувствую самодовольство. У него влажный торс и спутанные после тренировки волосы, и пока я наблюдаю за ним, все это пробуждает в моей голове вполне конкретные мысли. Наблюдение за ним со стороны так, словно я случайный прохожий возбуждает меня? Похоже, у меня есть гены ненормального преследователя.
Сперва Эван не замечает меня; он говорит по телефону, и его брови сосредоточенно сдвинуты. Я узнаю в сгорбленной позе растерянность и предполагаю, что он говорит с сестрой. Эван прислоняется к столбу снаружи и продолжает разговор, не замечая никого вокруг.
Стройная девушка с длинными светлыми волосами проходит мимо меня вместе с такой же подругой. Я наблюдаю за ними и задумываюсь насколько высок уровень их интеллекта, раз они пришли в зал с одинаково выпрямленными волосами и в дизайнерской спортивной форме.
— Запиши меня к нему! — произносит одна из них, хихикнув.
Я тут же напрягаюсь. По близости есть только один «он».
— Ну уж нет, он весь мой! Дважды в неделю. — Хихиканье усиливается, и незнакомое мерзкое чувство заползает мне в голову, когда становится очевидно, что речь идет об Эване. Ревность.
— Он может разогреть и заставить меня потеть в любое время!
Меня поражают их незрелые представления о моем бойфренде. Спустя мгновение я делаю то, чего сама от себя не ожидаю. Я прокладываю себе путь к нему и ставлю сумку на пол.
Глаза Эвана в удивлении расширяются, и он заканчивает разговор.
— Несс!
Не говоря ни слова, я медленно облизываю губы, и вижу, как темнеют его глаза, когда я приближаюсь, чтобы поцеловать его. Эван хватает меня за задницу и притягивает к своей влажной груди, впиваясь в меня ртом. От него пахнет потом и дезодорантом — смешанным запахом, который я ассоциирую с Эваном. И сексом. Язык проникает в мой рот, Эван прижимает меня сильнее и, хотя он потеет, я точно знаю, что он возбужден.
— Что ж, это было весьма неожиданно. — Он смотрит на меня светящимися любопытством глазами. — И совершенно не в твоем стиле.
Я улыбаюсь ему, довольная его реакцией.
— Я принесла тебе обед.
— Внезапно, но я не голоден. — Напряжение в его глазах ни с чем не спутаешь.
— А я голодна. И собираюсь на пикник. — Я роюсь в сумке и, краем глаза замечаю, как на нас смотрят девушки. Меня наполняет призрачное чувство победы. Боже, с тем же успехом я могла бы набить ему на лбу свое имя и номер телефона.
— Черт. Ну ладно. — Он целует меня в макушку и переплетает наши пальцы. Я высвобождаюсь, кладу его руку на свои плечи и обнимаю его за талию своей. Раз уж я собираюсь вести себя так, словно мне пятнадцать, стоит довести дело до конца. Проходя мимо девушек, я стреляю на них глазами.
Мы находим место для пикника рядом с кампусом — деревянную скамейку среди деревьев с лежащими у наших ног осенними листьями. Я снимаю крышки и вручаю Эвану вилку.
— Пикник? Это по мне. — Он рассматривает содержимое контейнера. — М-м-м, напоминает о Санторини.
Мое лицо вспыхивает от воспоминаний об этом городе. И о том, что мы вытворяли на пляже. В темноте. То, как изгибается его рот, когда он замечает, как покраснело мое лицо, вырывает меня из песчаных воспоминаний.
— Я рада, что это тебя отвлекает, — говорю я.
— Отвлекает меня?
— В последнюю неделю или около того, ты выглядишь так, словно все началось заново. Люси в порядке?
Эван чешет уголок глаза. Он не догадывается об этом, однако поступает так всякий раз, когда хочет что-то от меня скрыть.
— Она в порядке. Хотя не совсем. Но ничего смертельного.
Спустя несколько мгновений я понимаю, что лимит разговоров о Люси исчерпан. Так что я утыкаюсь в салат и закрываю глаза, мечтая вновь вернуться в Грецию. Беспечность. Я открываю глаза — жизнь совсем не такая. Эван накалывает салат на вилку; его рот слегка испачкан соусом, так что я стираю его большим пальцем.
Поймав мою руку, он слизывает соус, разжигая пламя внутри меня.
— Спасибо за это, — произносит он. — Всегда приятно неожиданно встретиться.
Он все еще держит во рту мой палец, его глаза темнеют, и каждая клеточка моего тела жаждет ощутить на себе его губы. Как, черт подери, ему удается возбуждать меня и при этом почти ничего не делать? Я вырываю палец. Он не может завести меня здесь; это несправедливо.
— Увидимся сегодня вечером? — спрашиваю я.
Глаза Эвана расширяются.
— Конечно.
— Только завтра у меня пары с утра.
— Я уложу тебя в постель пораньше, — говорит он и наклоняется, проведя своим языком по моей нижней губе. Я резко вздыхаю, и он испускает смешок мне в рот.
— Ты такая красивая, Несс, — произносит он и отклоняется, возвращаясь к салату.