С ярой неуверенностью, под хриплые, мучительные стоны убл*дины, привстаю на ватных ногах с сырой земли и перевожу взгляд на крышу многоэтажного особняка, замечая непонятную человеческую фигуру в чёрной одежде.
Снайпер…
Выходит, неожиданное появление одинокого, безоружного Мэта — часть тщательно продуманного плана? Все становится ясным, когда я вижу такие же фигуры в тёмных костюмах, с закрытыми лицами, хаотично выползающие из своих укрытий, то окончательно убеждаюсь, в том, что стала ключевым звеном, участвующим в специальной операции по ловле опасного преступника.
Моё пристальное внимание привлекает одиноко валяющийся револьвер в шаге от распластавшейся, стонущей, брыкающейся в жутких болевых приступах побеждённой мр*зи. Пока нас не окружили сотни бойцов элитного спецотряда, пользуясь моментом, не контролируя свой разум, свою пылкую месть, хищным зверем рвущуюся на свободу, я быстро хватаю оружие и возвращаюсь к Сэму.
При виде заманчивой немощности, беспомощности, покорённости моего заклятого врага, я впадаю в состояние аффекта, припоминая весь тот кошмар что этот нелюдь творил со мной и с другими несчастными жертвами.
— С*укаааааа! — чувствую мощный прилив энергии, и словно заново возрождаюсь из пепла, — Это тебе за Мэта!
Размахиваюсь со всей силы ударяя убл*дину ногой в живот!
— Дряяяяянь! — Сэм кряхтит, выпуская из пасти бардовые ручейки густой жидкости, стекающие на рыхлую землю, сливающиеся в кровавое болото из грязи и крови.
— А это… за МЕНЯ! — на этот раз награждаю скотину мощным ударом в нос. Характерный хруст, за которым следует блаженный крик боли, порождает в глубине души состояние настоящей эйфории. Сэм громко завывает, подобно одичалому волку при виде луны, нашёптывая себе под нос разные гадкие выражения, пытаясь подняться, пытаясь сопротивляться в ответ на унижения… Но увы, он проиграл!
Я же говорила, что добро… побеждает зло.
— И наконец! Это… за моего ребёнка, которому ты, падлюка, угрожал!!!
Направляю револьвер точно ему в чл*н.
Доля секунды… и окружающее пространство эхом разрывает глухой звук выстрела, за которым следует ещё один хриплый ор.
А далее… наступает блаженная тишина.
— Эмми!
Теряя равновесие, от переизбытка смешанных чувств и эмоций, перестаю контролировать собственное тело и падаю в неизвестность.
Крепкие мужские руки ловко подхватывают моё непослушное тело, бережно прижимают к горячей интенсивно вздымающейся груди:
— Малышка моя… Держись! Все закончилось… Я рядом… Я с тобой.
— Мэт-т… — дрожащей рукой дотрагиваюсь до щеки любимого мужчины, прикосновением убеждая себя, что этот человек реален, — Я умерла?
Наблюдаю как по лицу Мэта медленно скользит прозрачная слезинка и падает точно на кончик моего носа:
— Глупышка… Нет конечно! Все хорошо… Теперь уже все хорошо! — ласково убирает спутанные локоны с моих глаз, прижимаясь своей горячей щекой к моей холодной, нашёптывая приятные успокаивающие слова, — Обещаю… больше никто не посмеет причинить боль моей малышке. Прости… Прости, что тебе пришлось пройти через весь этот кошмар…
— Я люблю-ю тебя, Мэт! — последнее, что успеваю шепнуть, прежде чем крепко засну.
Открываю глаза, а сама боюсь возвращаться в состояние бодрствования, ибо догадываюсь, что меня ждёт.
Больница.
Врачи.
Таблетки.
Капельницы…
Господи!!! Не надо никаких лекарств!
— Мэт! — кричу, подрываясь от собственного крика.
— Детка! — тёплая ладонь Мэта обхватывает мою талию, — Я тут.
Осматриваю просторное помещение, глубоко вдыхаю, ощущая противный запах медикаментов и роняю несколько горьких слезинок:
— Нет! Мне нельзя… Уколы, капельницы!
— Тссс, дета успокойся! Не переживай…
— Мэт, ты не понимаешь! — пытаюсь всем сердцем докричаться до мужчины, который не знает моего секрета.
— Чего?
Делаю глубокий монотонный вдох, а на выдохе дрожащим голосом произношу короткую, но безумно важную фразу, вкладывая в каждое слово всю свою нежность, всю свою любовь:
— У нас будет малыш…
Неловка пауза. Застывшее непонимание в его распахнутых от удивления глазах…. И медленная, нежная улыбка, озаряющая уставшее лицо, мгновенно сменяющая усталость радостью.
— Что?? С-серьёзно?? Но как же…
Ему трудно поверить, трудно осознать то, что плохое всегда заканчивается хорошим. То, что любые страдания окупаются благополучием.
— Клянусь! Очень скоро ты… станешь папой.
Как же долго я ждала этого момента!
Мэту пришлось тоже покувыркаться на соседней койке вместе со мной, так как его ранение тоже нуждалось в лечении. Не понимаю, как мужчине удалось продержаться до завершения освободительной операции. Наверно, дело в его чрезвычайной выносливости или в силе безграничной любви. А может… во всём вместе.
Когда нас выписали, Мэт поведал некоторые интересные моменты злополучного вечера. Оказывается, он добился признания Сильвии, что их ''романтический тайный ужин'' был специально подстроен ради моей поимки, ради нашей ссоры. Ибо Сильвия хотела снова вернуть Мэта, в то время как Сэм, мечтал получить меня.
