— Конечно, я его зарубил на месте. Он посмел мне указывать, что я должен делать, а что нет.
— А проблем не будет, граф? — встревожился князь.
— Из-за этого мелкого барончика? Конечно, нет. Тем более была дуэль.
— Вы же сказали, что зарубили?
Граф пожал плечами.
— Зарубил, дуэль… он меч-то едва держал, против меня — без шансов, так что без разницы.
Да уж, граф всегда кристально честен как с другими, так и с собой. Дуэль против лучшего мечника королевства — тоже убийство, и он это прекрасно сознает, потому даже не пытается замаскировать его красивыми словами. Редкое качество, и только по-настоящему сильные люди могут позволить себе такое.
— Что ж, если все нормально, то ладно. Мне бы такое не сошло.
— Не сошло бы, — согласился граф. — Зато сейчас все поняли необходимость тренировок и отработки слаженности в действиях, как ты говоришь. Вот бы еще такое внедрить в королевской армии, но там подобное провернуть труднее, слишком много высшей знати. Они не простят.
Честен и прямолинеен, но знает, где можно действовать прямо, а где лучше остановиться. Чем больше князь узнавал графа, тем больше ему поражался. Он, казалось, совмещал черты характера совершенно несовместимые. Прямолинеен, честен, но когда нужно, и обманывает, и хитрит, но при этом умудряется никого не обмануть, а не поняли, что он имел в виду, так кто тут виноват? Храбрый вроде бы до безумия, но умеет не терять голову в любой ситуации, а его храбрость, если присмотреться, всегда оказывается точно просчитанной и примененной в тот критический момент, когда любая пылинка может склонить чашу весов в сторону победы или поражения. Очень противоречивый человек, и его, если честно, князь побаивался. Даже герцога Алазорского, который был намного влиятельней графа, он уважал, но не боялся. Сумасшедшие те, кто рисковал стать врагом графа.
— Если удастся ослабить войска Совета, как знать. — Князь огляделся, не подслушивает ли кто. — Мы с герцогом решили дать лордам то, что они хотят.
— А как вы хотите оставить в стороне королевскую армию?
— Перевооружение. А еще я попрошу короля выделить часть войск для успокоения моего герцогства.
Граф удивленно повернулся к князю.
— Ты понимаешь, что такая просьба уронит тебя в глазах Совета? Ты открыто говоришь, что не в состоянии самостоятельно обеспечить безопасность герцогства. Вновь встанет вопрос о легитимности твоего назначения.
— Мы с Ленором сошлись на том, что риск оправдан, тем более войска короля в герцогство не пойдут. — Князь снова оглянулся, а потом достал из сумки что-то напоминающее офицерский планшет Советской армии, карту и развернул. — Смотри. Вот Эндория, а вот побережье Вертона. Сейчас эта провинция не захвачена только потому, что у Эриха нет лишних войск. Точнее, не так: провинция как таковая захвачена, но вот все прибрежные города держатся. Эрих практически все поставил в свое время на захват Тортона, и сейчас у него нет кораблей, а значит, толковую блокаду портов он организовать не может, а без нее пытаться захватить эти города теми силами, что он располагает в Вертоне, — что-то из разряда мифов и легенд.
— Вы хотите отправить королевскую армию туда?
— Не всю, конечно, надо и в столице что-то оставить, прикрыть ее. Если мы правильно все сделаем, то Совет будет свято уверен, что это он отослал армию короля к черту на кулички…
— Куда?
— Э‐э‐э… выражение с моей родины. Далеко то есть. В общем, Совет посчитает, что королевские войска направлены им подальше от реальной войны. А его рыцари в этот момент победят Эриха, завоюют всю славу и приобретут влияние.
— А если они действительно победят?
— Лично я в это не верю. Но даже если и победят, вряд ли победа достанется им легко. — Князь не стал говорить, что о победе Эриха он еще дополнительно позаботится. Ни Ленору, ни Танзани об этом он говорить не станет, они не поймут такого.
— Хорошо. А что там будет делать армия?
— Войск Эриха там совершенно недостаточно, чтобы защитить все, да и реальной опасности ему войска Артона не представляют. В Родезию оттуда не вторгнуться, в Эндорию можно, но слишком большое расстояние, на которое надо тащить обозы, а прокормиться там сколь-либо серьезной силе нереально. Эриху достаточно запереться в городах, и армия, вторгнувшаяся со стороны Вертона, сама умрет от голода.
— Как я понимаю, вы что-то задумали?
Князь снова огляделся.
— Не хотелось бы сглазить, но если мой рейд пройдет успешно, то войска короля лишними не будут. Главное, чтобы их было не слишком много. Но успех можно гарантировать только в том случае, если командовать ими будет человек, который сможет работать вместе со мной. Который не станет отмахиваться от моих гонцов с просьбами.
Танзани задумался.
— Я?
— Мы с герцогом сочли вашу кандидатуру наилучшей. Если вы согласитесь…
— Останется еще уломать короля.
— Герцог Алазорский уверен, что это удастся.
— Хотелось бы подробностей. Что именно ты замышляешь?
— Отъедем. — Князь развернул коня и направил его в сторону штабной избы, в которой обычно и происходили все совещания. — Лигур! — крикнул он через плечо. — Продолжайте тут без меня.
