Подумав, Камилла согласилась, что он прав. Оставалось найти отель на те три дня, когда Роберта не выпишут из госпиталя. Долго искать его не пришлось — им подсказали отель в нескольких кварталах от госпиталя. Когда Камилла привела себя в порядок, Жан-Поль предложил ей пообедать вместе. И вновь она была вынуждена согласиться с его доводами.
— Вряд ли твоему Роберту понравится чувствовать себя беспомощным рядом с тобой, когда нельзя ни согнуться, ни повернуться, ни поухаживать за дамой, — говорил Жан-Поль. — Мужчине, как, впрочем, и женщине, всегда хочется показать себя дорогому человеку в самом выгодном свете.
Камилла согласилась, и они отправились в ресторан. Теперь, когда все выяснилось и тревоги остались позади, она чувствовала себя так, словно с души упал тяжелый груз. Роберт жив, рана его действительно неопасна, через несколько недель он будет совершенно здоров — и она ему в этом поможет. Она по-прежнему нужна ему, он ее ждал и ждет — что ей еще надо в жизни?
Теперь ей хотелось веселиться. Она с удовольствием выпила вина, а когда заиграл оркестр, сама пригласила Жан-Поля танцевать. Ведь она так была ему благодарна!
Когда после танца они шли к своему столику, Камилла заметила, что из-за соседнего столика за ней внимательно наблюдает какая-то женщина. Камилле даже показалось, что незнакомка усмехается. Она сделала вид, что ничего не заметила, но ей стало неприятно.
— Уйдем отсюда, — попросила она Жан-Поля. — Тем более мне пора идти к Роберту.
Жан-Поль подвез ее до госпиталя, а сам поехал в отель. Они договорились, что он уедет в воскресенье утром.
Роберт как раз закончил обед и ждал ее. Они поговорили о делах, Камилла рассказала про свой визит к маме. Однако она чувствовала, что разговор как-то не клеится. Роберт иногда отвечал невпопад, как будто его мысли были заняты чем-то другим. Появление медсестры с лекарствами прервало разговор, становившийся тяжелым для обоих. “Наверно, ему больно, он это скрывает, а я тут щебечу о пустяках, — укоряла себя Камилла. — Интересно, как бы я разговаривала, будь у меня сломано ребро и нога?!” Пожелав Роберту спокойной ночи и пообещав прийти на следующее утро, Камилла направилась в отель.
Спала она плохо, несколько раз просыпалась. Ей снились бессвязные, нелепые сны. Она от кого-то спасалась, бежала по длинным узким коридорам и всякий раз оказывалась в тупике. Несколько раз во снах мелькала женщина, увиденная в ресторане. У Камиллы было чувство, что она где-то видела эту женщину. В то же время она была убеждена, что она ее прежде не встречала. “Что за чушь может лезть в голову!” — заключила Камилла, окончательно проснувшись. Ей хотелось поскорее увидеть Роберта. Едва дождавшись, когда минул час, с которого были разрешены посещения больных, она направилась в госпиталь.
Однако в вестибюле ее ждал сюрприз. Дежурная сестра сообщила, что у мистера Хагена посетители. Точнее, одна посетительница. Камилле почудилось, что, говоря это, медсестра посмотрела на нее сочувственно.
Камилла заколебалась. Может быть, прилетела мама Роберта? Правда, он ничего не рассказывал о матери, но это ничего не значит. Отлично, она сейчас с ней познакомится. Или это господин Дюпре прислал одну из своих служащих, чтобы справиться о здоровье компаньона? Да нет, он бы позвонил или приехал сам... Чего она боится? Ей нечего бояться. Решено: она пойдет и сама сейчас все узнает.
Приняв решение, Камилла уже двинулась к лестнице, когда увидела спускавшуюся ей навстречу женщину. Это была она — вчерашняя незнакомка из ресторана! И конечно же, Камилла ее знала, хотя они и правда никогда не встречались! Теперь во внезапном озарении она поняла, кто это. Рыжие волосы, зеленые глаза, выражение превосходства на лице... По лестнице навстречу Камилле спускалась Джоан — женщина, которую любил и не мог забыть Роберт Хаген.
Камилла застыла на месте, не зная, что делать. Джоан прошла мимо нее, одарив ее снисходительной улыбкой. Камилла видела, как она садилась в какую-то роскошную машину.
Камилла стояла, как оплеванная. Ей казалось, что медсестра смотрит на нее насмешливо и так же снисходительно, как Джоан. Все окружающие знают, что с ней произошло. Первым ее желанием было бежать отсюда без оглядки. Никогда больше не видеть Роберта Хагена, не слышать его, не думать о нем! Она даже сделала несколько шагов к выходу, но затем остановилась. Нет, она должна его увидеть! Пусть он объяснит, как это произошло. Она хочет посмотреть ему в глаза.
С этой мыслью она поднялась по лестнице и вошла в палату. Роберт полулежал на кровати, откинувшись на подушки. Услышав шаги, он открыл глаза. Камилла подошла к кровати, но осталась стоять. Несколько минут они смотрели друг на друга, и никто не решался заговорить первым. Наконец Камилла не выдержала.
— Это была ваша сестра, Роберт Хаген, не так ли? — спросила она.
— Нет, — сдавленным голосом ответил он и еще раз повторил, уже тверже: — Нет. Это была Джоан, о которой я тебе говорил.
