Пиратская база была устроена очень хитро. Вырыты подземные норы, сделаны основательные скрытые капониры и жилые постройки. Вместе с Николом Шаске в посёлке жили около двадцати разных работников. В основном, это были, конечно, орки. Но были и другие иноплеменники. Никол устроился основательно, умело. Матиуш думал о том, было ли в этой основательности больше подготовки или таланта организатора. Четыре дау и один баркалон составляли торговую гильдию низвергнутого короля. Никол имел очень много торговых контрактов с Кувером, сестра помогала проворачивать дела.
Прожив здесь несколько месяцев, Матиуш не сошелся близко ни с кем. Барон Т., как и сам Никол не проявили к нему особого интереса. Ну, работник и работник. Хотя, конечно, им было известно кто он таков.
Возможно, думал, Матиуш им не по душе пришлось то, что Летисия прислала его сюда. Так или иначе, но Матик благодарил судьбу за этот подарок. Куверская каторга вернее всего прикончила бы его.
Иногда Матиуш уходил гулять по лесу. Теперь, в весеннем цветении, он был дивно хорош. Конечно, забираться далеко в чащу не следовало, но все-таки эти прогулки много давали Мэтти.
Он снова чувствовал себя живым, снова надеялся на что-то. И страстно ждал того дня, когда поднимет машинку в полёт.
Как будут трепетать в восходящих потоках его крылья, как будет урчать под ногами двигательная группа. Как будет бить в лобовое остекление рубки яркое полуденное солнце.
Счастье снова вернуться в небо значило для Матиуша очень много.
Иногда мысли спотыкались о Хлойку. После освобождения он попытался связаться с ней. Новость о том, что «Бово» пропал без вести стала громом среди ясного неба. Банковский делец уговорил девчонку перегнать корабль. Но бедная моя Хло не сумела справиться с переходом. На всё Божия воля...
Корабль пропал, затерялся в бескрайнем лесу. И девочка моя, моя доченька скорее всего погибла.
Матиуш стоял под высоким пирамидальным лонгом. При новых мыслях о гномке сердце зашлось от тоски. Он склонил голову и тихонько заплакал. Вдруг огромная ветка упала на Матиуша. В последний миг он чудом успел отскочить в сторону.
Умирал провинциатор. Огромный, как кит, он лежал на смертном одре. У постели была только одна женщина. Эльза, сухопарая и почерневшая от горя, держала в руках его большую горячую ладонь. Тадены давно были всеми забыты. Но деньги попрежнему надёжно оберегали их комфорт. Впрочем, никакие деньги не помогли справиться со смертельной хворобой. Миальд тяжело дышал, испарина покрыла его чело.
Эльза целовала толстые пальцы умирающего мужа. Давно остались позади времена, когда она считала его недалеким болтуном. Напротив, они удивительно сдружились. Здесь, на чужбине, где их так и не приняли в высшее общество. Много лет назад прекратились измены. Всё стало не нужно для внезапно постаревшей и надломившейся экс-властительницы Рорара.
Все эти годы Эльза следила за провинцией. Её колотило от ненависти к мерзким политиканам узурпировавшим власть. Странно было видеть, как мировое сообщество, эти ряженные болваны проглотили страшное унижение, попустительствовали кровавому режиму.
Миальд что-то бормотал. Но ни слов было не разобрать, ни смысла. Он бредил с самого утра. Гном, в чьих руках находилась вся власть в далекой провинции теперь был не властен даже над своим огромным умирающим телом. Он уходил, но не понимал этого.
В воспаленном мозгу разворачивались иные картины.
Детство, жгучая юность, деятельная молодость. Впереди жизнь, полная побед и свершений. Впереди пик славы и богатства. Власть безграничная и безграничное упоение ею.
Он умирал, уходил гном, который нёс до последнего своего дня ответственность за потерю дарованной власти.
Миальд Таден уже не замечал никого, время спрессовалось для в один маленький кубик. И он крутил его в руках.
Внезапно девичий голос позвал.
- Собирайся, старик. Твой час пробил.
- Кто ты, девочка?
- Я с кроны. Мне до тебя, как до звезд! Ха-ха!!!
- Возьми, что хочешь, но дай мне остаться.
- Нет, дружок. Теперь тебе до меня, как до звезд. Идём.
- Я не хочу...
Провинциатор повёл тяжелой головой, прохрипел что-то. И испустил дух.
Эльза надела траур. После скромных похорон, на которые никто не пришел, она выгнала из дома всех слуг. И теперь долго бродила в грязных, пустых коридорах некогда блистательной виллы.
Ей так никто и не сказал о новом несчастье. Мир, каким она его помнила в миг стал иным. Словно пришпоренный острыми шильями, он понёс галопом своих обитателей.
В небе сейчас бились воздушные флотилии. Ракеты и бомбы, пули и тараны. Мир сцепился в новой схватке. Равной которой не было прежде.
Но Эльза ничего этого не знала. Со смертью мужа она перестала есть. По-старушечьи бродила в огромном пустом доме, пытаясь догнать какие-то призраки прошлого.
Но, конечно, никого догнать ей было уже не суждено.
Когда спустя неделю сюда явились мародёры, то отыскали закостенелое тело. Скрюченное в мёртвенной муке, оно лежало посреди большой гостиной залы.
