Нет, я никогда не была приверженцем той идеи: мужчина должен быть чуточку красивее обезьяны. Мне нравилась мужская красота, и я всегда была уверена, что довольствоваться одним — или красота, или всё остальное — не для меня. Мой мужчина должен сочетать в себе всё.
Саша не был моим идеалом парня. Честно, уже сейчас я удивлялась тому, почему в целом выбрала его. Но ведь я же не могла ошибиться? Почему я сомневаюсь в себе? Другие ведь наоборот хвалят Александра…
Раздражение от собственных мыслей постепенно перешло в отрицание.
— Я люблю его. — вопреки прошептала.
Машина резко остановилась, и я больно приложилась щекой о переднее сидение.
— Ауч. — прижала ладонь к коже.
— Приехали! — оповестил водитель.
За окном я не увидела своего дома, однако отчего-то спорить с таксистом не стала и беспрекословно вышла.
Неоновая вывеска “Моя итальянская подруга” приковала к себе взгляд.
Наверное, более яркой подсветки я не видела раньше.
“Вот ведь совпадение!” — подумала про себя, вспоминая название кофейни.
Какое-то непонятное чувство вновь шевельнулось внутри.
То был ресторан, где за витражными окнами стояло много столов с белыми скатертями и красивыми прозрачными бокалами на них.
Ноги сами повели меня внутрь заведения.
— Мисс, можно ваше пальто? — словно из неоткуда появился рядом официант, и снял с меня верхнюю одежду, — Вас уже ожидают.
Вокруг было много людей. Разговоры и смех лились со всех сторон.
Я шла за провожатым, и не понимала, зачем я здесь нахожусь.
— Хорошего вечера. — официант моментально скрылся с места.
Я оглядывалась, пыталась выловить его глазами, но всё тщетно.
— Любимая. — прозвучало рядом.
“Саша!”.
Парень поднялся с места, и протянул мне руку. Его чёрный официальный костюм смутил меня.
— Прости, я не рассчитывала на ужин в ресторане. — попыталась оправдаться, принимая его жест.
— Ты всегда прекрасна, Марина. — расплылся в улыбке.
Мы сели за стол, а я ощутила жуткий дискомфорт. Словно я чужая здесь.
Саша обхватил пальцами моё запястье.
— Я заказал твой любимый суп.
“Солянку?” — удивилась.
— Гаспачо.
“Не помню, чтобы я когда-то любила гаспачо” — нахмурилась, но перечить не стала.
Мы молчали. Я старалась как-то привыкнуть к ситуации.
Не выходило.
Вскинув голову, встретилась глазами с парнем.
“Какая идиотская улыбка” — проговорила молча, смотря на Сашу.
Внезапно в сознании появилось воспоминание. Оно так быстро ускользнуло от меня, что в следующую секунду я уже и не помнила, о чём хотела вспомнить.
Официант поставил передо мной суп.
Ярко-красная жижа очень контрастировала с белой тарелкой.
— Ешь, любимая.
Его слова заставили пальцы сжаться в кулак.
Появилась злость.
“С чего он вообще решил, что я буду есть этот ужас?”.
— Любимая… — снова сказал Саша, а мне уже хотелось вылить весь ужин на него.
“Какая я тебе любимая!” — сдерживала крик.
Парень тем временем встал, обошёл стол, и остановился около меня.
— Что ты делаешь? — не понимала, всё ещё пытаясь унять злость.
Саша сунул руку в карман, и вынул оттуда маленькую бордовую коробочку.
— Это…
Договорить не успела, Александр встал на одно колено, а после открыл крышку.
— Ты станешь моей женой, Марина?
Глаза его светились блаженным счастьем, для меня же весь мир словно потух.
“Стану ли я его женой, готова ли я любить этого мужчину до конца дней?”
Какое-то неуловимое воспоминание очередной раз проскочило мимо меня.
Звенящая тишина в ушах. Оглянулась. Все присутствующие гости будто потеряли интерес друг к другу и обернулись к нам. Сотни пар глаз смотрели в эти минуты на меня.
— Мариша, соглашайся. — послышался голос мамы. Она вдруг появилась за соседним столом, и одобрительно улыбалась.
— Дочка, он настоящее золото, будь его женой! — поддакнул рядом папа.
“Что происходит?”
— Марина, от такого не отказываются! — с противоположного бока заявила о себе Арина, сидящая вместе с Димой.
Она поглаживала за локоть своего молодого человека.
— Будешь такой же счастливой, как я. — девушка наклонилась к Дмитрию и страстно поцеловала в губы.
Теперь мне всё казалось настоящим сюром.
Почему они вмешиваются в мою жизнь? Какое им дело до неё?
“Почему я должна прислушиваться к их мнению?” — громче остальных прозвучал вопрос.
Навязывание чужих представлений вызвало во мне настоящий гнев. Я хотела кричать на всех.
“ДА КАК ВЫ СМЕЕТЕ ЛЕЗТЬ В МОЮ ЖИЗНЬ”.
— Она согласна! — вместо меня произнесла мама.
В мгновение вся тишина в зале разрушилась гулом аплодисментов. Люди вокруг радостно хлопали и улыбались мне. Кто-то свистел, кто-то поздравлял.
Саша поднялся с колен, и потянулся ко мне.
В этот момент весь мой гнев достиг пика.
— НЕТ! — орала я, — НЕТ, Я НЕ БУДУ ЕГО ЖЕНОЙ! Я НЕ ЛЮБЛЮ ЕГО!
Но никто меня не слышал, все радовались моему счастью. А попытки быть собой провалились в глубокую бездну.
— Нет-нет-нет-нет. — слабо повторяла.
— Она приходит в себя! — где-то вдалеке звучал чей-то голос.
