Заколка выпала из ладони Агаты, и та открыла глаза. И вздрогнула, побледнела, попыталась рывком усесться.
— Всё-всё, успокойтесь, — Владимир уселся рядом и обнял её. Агата тяжело дышала, глаза широко раскрыты. Она первым делом посмотрела на часы.
— Вы спали меньше минуты, — пояснил Владимир, помогая ей подняться на ноги, и рассказал остальное.
— Я к этой штуке больше не прикоснусь, — поёжилась Агата, указывая на заколку. — Спрячьте её, а? Теперь вы мне верите? Говорите, слышали её голос?
Владимир покивал.
— Не знаю, что тут сказать, — пояснил он устало. — Это жутковато.
— Это не то слово, — поправила Агата. — Слушайте, хватит о ней. Мне подумать нужно, как теперь жить. Только не прогоняйте! Если вы и с ней, и со мной знакомы — может, удастся что-то сделать. Запишите мой номер! — предложила она. — А я ваш. Будем на связи. Когда снова с ней встретитесь — позвоните мне.
— Хорошая мысль, — одобрил Владимир, и они вписали номера друг друга в адресные книги телефонов.
— И ещё. Есть такая программа, на телефон ставится, следить за координатами. Родители обычно ставят, чтобы присматривать, куда детишек занесло. Я согласна такую поставить. — Агата посмотрела в глаза Владимира. — Чтобы вы знали, где я. Ну, где телефон, я с ним не расстаюсь. Настроим?
— Хорошо, — согласился Владимир. Минут через пять они убедились, что телефон Агаты теперь “под колпаком”.
— Слушайте, я понимаю, что дико гружу вас своими глюками. — Агата взяла Владимира за руки. — И что так не бывает, что всего полдня знакомы — а я вас будто всю жизнь знаю. Но вы же тоже что-то чувствуете, да? Если что, скажите. Я просто уйду, без обид.
— Чувствую, — признал Владимир. — Происходит что-то странное, нужно разбираться. Начнёте всерьёз грузить — так и скажу, не беспокойтесь.
— Спасибо! Идёмте тот чемоданчик разберём? — предложила Агата. — Может, там будут намёки. Может, это она его в чулане спрятала?
* * *
— Да тут руководство! — поразилась Агата, распаковав пакет с парой ботинок “Ultimum”. — Смотрите, какое толстое! Ну-ка, ну-ка…
— Я пока посмотрю остальное? — предложил Владимир, и Агата кивнула, устроившись за столом. Увлечённо читала руководство, глаза её горели.
Владимир отсортировал пакеты. Помимо ботинок, три одинаковых пакета, помеченных “термобельё”, шесть — помеченных “нижнее бельё”, три пакета с майками, шесть — с носками, два с наклейкой “светлый пояс”. Две кофты, две куртки, две шапки — на вид, лыжные, две пары перчаток. И коробки: аптечка, помеченная красным крестом — Владимир раскрыл, и действительно нашёл там лекарства, бинты и прочее; коробка с надписью “Dentes”, и ещё одна — с четырьмя одинаковыми прямоугольными коробками внутри, безо всяких надписей. Владимир приоткрыл одну — и увидел внутри ровно такой же плоский телефон, без единого отверстия, что был у Агафьи.
— Ничего себе! — опешил он. — Слушайте, похоже на запас снаряжения. Одежда, телефоны, аптечка, и ещё эти “Dentes”.
— Минутку, я сейчас… — кивнула Агата. — Я вроде бы въехала. Смотрите!
Она сбегала в прихожую за своими ботинками, указала на ковёр.
— Можно? Они чистые!
Владимир кивнул. Агата поставила ботинки на пол, встала за ними, сбросив тапки, заглянула в инструкцию, шагнула вперёд…
Ботинки словно выросли поверх её ступней. Только что была в одних носках — и вот уже в ботинках. Агата оглянулась, подмигнула, снова заглянула в инструкцию… и, шагнув вперёд, вновь осталась в одних носках. Ботинки остались за спиной.
— Прочитала в руководстве, — пояснила она. — Это не всё, что они умеют, там ещё читать и читать. Сдуреть, да? А у вас что?
Она присела перед имуществом, отсортированным на столе — всё одинаковое одной стопкой — и тоже присвистнула.
— Слушайте, так это что же… — Агата сняла с себя кофту, сбросила юбку (Владимир вздрогнул и отвернулся).
— Ладно, не отворачивайтесь, я же не догола! — Агата поражена и не собирается это скрывать. — Слушайте, всё точно — на мне те же вещички. Я ещё думала, откуда они у меня — жуть какие удобные. Я в них всегда свежая и меньше устаю. Круто, да? Вот точно — носки, термобельё, нижнее бельё, майка, юбка и кофта. Всё такое же. И тоже ярлычок “Ultimum”. А шапка и перчатки, наверное, для зимы. А это что такое? — Агата распечатала один из пакетов со “светлым поясом” внутри. — Похоже на пояс от радикулита, — удивилась она. — Тётя Соня такой носила. О, тут тоже инструкция…
— Пойду чай поставлю, — решил Владимир. Нужно отвлечься. Он успел налить кипяток в заварник, когда на кухне появилась Агата. Всё ещё без кофты и юбки — выглядело, словно она в трико. Агата молча задрала майку и указала. Под майкой на ней был, на вид, такой же “светлый пояс”.
— Решили примерить?
— Всё ещё интереснее. Смотрите!
Агата провела ладонью по поясу. Тот, только что белый, секунды за три стал телесного цвета, а затем… исчез.
— Прикоснитесь! — Агата по-прежнему придерживала собранную вверх майку. — Ой да ладно смущаться! Прикоснитесь ладонью там, где вы его видели!
Владимир осторожно положил ладонь ей на талию. Вздрогнул — ощущается эластичный материал, не кожа — скорее уж бинт или бандаж. Но его не видно.
