— Я передам то, что там написано, — пояснила она. — Прочтёшь, когда тебе передадут, ладно? Чтобы ты знала, что это взаправду.
— Обязательно! — пообещала Агата и её обняли на прощание. И долго длилось странное ощущение — словно сама себя обнимает.
…когда двери комнаты — язык не поднимался сказать “палаты” — закрылись за Агатой, она долго не могла избавиться от чувства, что говорила с самой собой.
— Дома расскажу, — пояснила она Владимиру. Рисунки Натальи проверила охрана и разрешила забрать с собой. Обыскивать повторно не стали — Агата решила не говорить, по доброй воле, про ту записку на обрывке бумаги.
Домой они вернулись уже в шестом часу вечера, и Агата первым делом потребовала, чтобы Владимир помог ей приготовить ужин. Что-нибудь простое, но вкусное. Они оба заслужили.
* * *
Владимир приготовил отбивные с запечённой картошкой на гарнир, Агата — яблочный пирог. Просто, но вкусно.
— О, да они уже всё закончили! — поразилась Агата, посмотрев на “репортаж” камер из своей квартиры. — Слушайте, как поужинаем и всё такое — давайте сегодня у меня переночуем? Хочу ощутить разницу.
— Легко, — согласился Владимир, заканчивая подавать на стол. — Так мы сегодня поедем к вашим, то есть Натальи, приёмным родителям?
— Да, раз пообещала, — согласилась Агата. — Мама Рита сказала — в любое время, они поздно ложатся спать. А у детей каникулы, никому не помешаем. Вы хотели знать, что там случилось. Слушайте.
* * *
Белов пару секунд разглядывал Агату, едва дверь его кабинета закрылась за ней. Словно она кого-то напоминает ему.
— Здравствуйте, Игнатий Львович, — кивнула Агата. — Я вам кого-то напоминаю?
— Вот вы мне и скажете. Я навёл о вас справки, Агафья Тихоновна. Чем обязан? Присаживайтесь, — указал он на кресло напротив.
— Если вас не затруднит, зовите меня Агатой, — попросила Агата. Белов молча кивнул. — Мне очень нужно увидеться с вашей дочерью Натальей.
— Зачем? — просто спросил Белов, откинувшись на спинку кресла.
— Я знаю о её диагнозе. Я знаю, откуда у неё шизофрения, и я могу помочь ей, — сообщила Агата, неожиданно для самой себя. Не то собиралась сказать, совсем не то! Но слово не воробей.
— И откуда же? — взгляд Белова стал колючим, жёстким, а охранник у двери, Агата заметила боковым зрением, отчётливо напрягся.
— Посмотрите, пожалуйста, — протянула Агата свой новый телефон. — Это фотоснимки документов. Карточки, из роддома, — и Агата пояснила, из какого именно.
Белов просмотрел карточки.
— Я выросла в детском доме, — пояснила Агата, получив свой телефон обратно. Анализ ДНК уже завершился — она не очень удивилась, увидев, что Белов — её биологический отец. — В какой-то момент я решила найти своих биологических родителей. Нашла и оказалось, что я им не родная. Нет совпадения по ДНК. Не хочу тратить ваше время напрасно, Игнатий Львович. Нас с Натальей поменяли местами в роддоме. Та женщина, которую я считала мамой, больна шизофренией. Она отказалась от своего ребёнка там же, в роддоме.
— Намекаете, что вы — моя дочь, — усмехнулся Белов и глянул в сторону охранника. Тот с невозмутимым видом шагнул к Агате.
— Я ни на что не претендую! — посмотрела Агата Белову в лицо. — Если хотите, я оплачу анализ ДНК, чтобы у вас пропали сомнения. Всё, что я хочу — помочь Наталье. Я знаю, как её лечить.
— Выведите её, — посмотрел Белов на охранника.
— …и тут на меня нашло. — Агата посмотрела в лицо Владимира. — Помните, я тогда утром читала молитву, как Агафья? Так она снова пришла на ум. Ну, “даруй мне славу твою” и всё прочее. Охранник даже прикоснуться ко мне не успел.
…Агата не поняла, что произошло — вроде просто припомнила слова той молитвы, они словно сами собой звучали, фоном. Белов, уже поднявшийся на ноги, посмотрел на Агату странным взглядом, и вновь уселся. А охранник, уже протянувший руку к локтю Агаты, неожиданно упал на колени, прижимая ладони к голове.
— Он заплатил мне, — глухо сообщил охранник. — Ваш пасынок, Игнатий Львович. Это была его идея…
Охранник говорил, не останавливаясь, минут пять подряд. Агата не сразу опомнилась и включила запись звука. Белов смотрел ошеломлённо на всё это покаяние — несомненно, растерялся.
— …и я сообщил ему, что она приедет сегодня, — закончил охранник, и, впервые с начала своего покаяния, посмотрел в глаза Агаты.
Что-то случилось. Агата заметила панический, жуткий страх, мелькнувший во взгляде охранника. В следующий момент он вскочил на ноги и достал из кобуры пистолет. И прицелился в Белова.
Агата схватила первое, что попалось под руку на столе — пепельницу — и бросила в охранника. Даже не задела, но рука охранника дрогнула, когда он увернулся, и пуля прошла мимо Белова — тот уже начинал уклоняться, уворачиваться — но шансов у него не было, не отвлеки Агата охранника. Охранник уже направил оружие на Агату, и тут Белов сам бросил в охранника свой телефон — не промахнулся, и пуля, которая должна была попасть Агате в голову, попала в плечо.
