Это правда. Это правда — она Сапфир. Больше не было причин для сомнений. Это значит… С Таном все должно быть хорошо? Перед тем, как потерять сознание, она видела, что он смотрел на нее. То, что он очнулся, это ведь хороший знак, правда?
Равена посмотрела в окно — малиновый закат стелился над лесом, окружавшим эти земли. В густеющей синеве неба кружили вороны, но она не смогла бы угадать: это обычные птицы или принявшие птичий облик люди клана. Пиршество состоялось в разгар дня, а значит, она проспала довольно долго.
Равена покинула спальню, прошла через гостевую комнату и вышла в коридор. Здесь царил сумрак и тишина. Никого не встретив, Равена приблизилась к комнате Тана. Дверь была приоткрыта, и Равена решила, что внутри, кроме Тана, наверняка сейчас есть кто-то еще. Услышав знакомые голоса, поняла, что не ошиблась.
— Перед пиршеством в одежде Равены оказалась булавка, смазанная соком ягод челивы, — произнес Тан; его голос показался Равене слабым, но вне всяких сомнений жизнь Тана больше не была под угрозой.
— Но… они ведь ядовиты. — Второй голос, безусловно, принадлежал Натаниэлю. — Ты уверен?
— Сок челивы похож на ржавчину, — сказал Тан. — Я уверен.
Равена вспомнила, как укололась булавкой, и как Тан после этого подносил ее пальцы к своим губам. Так вот, что это было! Он хотел отсосать яд, пока тот не попал глубоко в кровь Равены.
— Подумай, — произнес Тан. — Кто, по-твоему, имел доступ к одежде Равены?
Какое-то время в комнате повисло молчание.
— Она не могла, — напряженно сказала Натаниэль. — Тан, она не могла.
— Лучше спроси себя, — ответил Тан, — сделала она это по своей воле или по чужому наущению. Второе… намного хуже. Вороны — не драконы. Нам не свойственно сражаться с себе подобными. Но сейчас, когда клан ослаблен, страх и желание выжить любой ценой может подтолкнуть кого-нибудь к крайним мерам. С ревнивой женщиной можно справиться, но если одна из главных семей клана вознамерится захватить власть — это погубит клан.
Раздался тяжелый вздох Натаниэля.
— Прости, — глухо произнес он.
— Не просите у меня прощения, глава клана. Вашей вины ни в чем нет.
Натаниэль помолчал и с горечью повторил:
— Глава клана…
— Наш долг исполнить волю прежнего главы, — словно призывая его к смирению, произнес Тан. — Ради клана.
— Уверен, то, что ты вчера сделал, не входило в планы прежнего главы, — жестко сказал Натаниэль.
— Мое тело приучали к ядам на протяжении нескольких лет, — спокойно ответил Тан. — Я бы не умер.
— Не уверен в этом, — понизив голос, сказал Натаниэль. — Похоже, что доза была слишком большой даже для тебя. И если бы не Равена…
— Я бы не умер, — повторил невозмутимо Тан. — Вы не должны были просить свою невесту использовать ее магию возрождения для меня. Или вы забыли, что, пользуясь магией, Сапфиры отдают свои жизненные силы? Я очень прошу вас, глава клана, воздержитесь от таких шагов в будущем.
Послышался еще один вздох — в этот раз неодобрительный.
— Ты должен беречь себя, — сказал Натаниэль. — Иначе все будет зря.
— Нет, — с неизменным спокойствием возразил Тан. — Ты справишься и без меня. Это твой долг.
От громкого удара, донесшегося из комнаты, Равена вздрогнула. Что это было? Как будто кто-то проломил стену.
Она спряталась за дверью, услышав шаги. Когда Натаниэль вышел из комнаты, осмелилась осторожно выглянуть из своего укрытия. Мельком заметила, как он потер сжатую в кулак руку, а когда опустил ее, она увидела на ребре его ладони ссадины. Они кровоточили.
Равена стояла едва дыша, слушая, как удаляются по коридору шаги ее жениха. Удар о стену, кровоточащие ссадины на руке Натаниэля… Это с трудом укладывалось у нее в голове. Что в словах Тана могло так разозлить его?
Постояв немного, чтобы прийти в себя от увиденного, Равена сделала глубокий вдох и вошла в комнату.
Тан сразу же почувствовал ее присутствие и повернул голову. Несколько мгновений они молчали, только смотрели друг на друга. Отметив мысленно, что Тан выглядит лучше, Равена выдохнула с облегчением.
— Вы отдали слишком много сил, моя госпожа, — первым нарушил молчание Тан.
Он раскрыл лежащий на постели сжатый кулак, и на ладони его Равена увидела красивые ярко-синие камни. Сапфиры.
— Два? — удивилась она.
— Два, — подтвердил Тан и мягко улыбнулся.
Улыбка вышла слабой, его лицо и губы все еще казались бледными.
— Теперь я ваш вечный должник, моя госпожа. Я обязан вам жизнью.
«Лжец, — подумала Равена. — Ты ведь говорил, что не умер бы. Что твое тело приучено к ядам. Когда ты солгал: тогда или сейчас? Кого пытаешься обмануть: меня или Натаниэля?»
Но вслух ничего не сказала.
— Я должен вернуть вам камни, — сказал Тан.
Равена подошла к его постели, посмотрела на раскрытую ладонь. Два сапфира, словно воплощенное доказательство скрытой в ее теле магии древнего клана, приветствовали Равену танцующими в их глубине искрами света. Лежа рядом друг с другом, они были похожи на две половинки разбитого сердца. Равене это почему-то не понравилось. Она взяла их с ладони Тана и положила на столик рядом с кроватью.
— Оставь их себе.
Потом подумала и добавила:
