— Вытащи медальон, — попросил он.
Я возразила:
— Тогда на меня будут смотреть все.
Рой протянул мне руку и усмехнулся:
— Они и так будут смотреть. Потому что ты будешь самой прекрасной девушкой на этом балу.
Я ничего не ответила на это. Потому что в этот миг он снова поцеловал мне руку, и от прикосновения губ по обнаженной коже поползли мурашки. Мне показалось, что Ару искренне наслаждается моей реакцией. Под восторженными взглядами слуг мы степенно покинули дом.
В карете Ару, наконец, прижал меня к себе, и на какое-то время я потеряла возможность дышать. Когда горячие губы Роя, наконец, оторвались от моих, а руки переползли на талию с тех мест, где им быть совсем не полагалось, я укоризненно прошептала:
— Что ты делаешь?
— Пока ничего предосудительного, — не моргнув глазом, ответил он. — А жаль. Сегодня ты бессовестно хороша. Подаришь этот вечер мне?
Он снова поднес к губам мои пальцы, и мне ничего не оставалось, кроме как пообещать:
— Все танцы твои, если пожелаешь.
— Разумеется, именно этого я и хочу. Ты моя невеста, и сегодня никакие Шенданы и его прихвостни не посмеют подойти к тебе.
Беспокойство немного отступило, и я постаралась насладиться вечерней поездкой по городу.
Дом Баррингтонов встретил нас множеством огней. Только в этот момент я поняла, как привыкла к теплым огонькам и Эйенкаджу. Холодный белый свет магических ламп казался совершенно чужим. Рой помог мне выбраться из кареты и повел в дом. Но перешагнуть порог мы не успели. Позади раздался до боли знакомый голос:
— Надо же, какие люди. Познакомите меня со своим спутником, леди Суру?
Поворачиваться и отвечать совсем не хотелось. Ну почему же первым человеком из прошлой жизни, которого я встретила в этом городе, оказался именно он?
Глава 20. Выход в свет
Я медленно развернулась. За три года он почти не изменился. Русые волосы, аккуратная стрижка, длинная челка, из-под которой на меня смотрели зеленоватые глаза, наглое и самодовольное выражение лица. Сколькот ему сейчас, двадцать шесть-двадцать семь?
Я сухо произнесла:
— Ларри Огден, мой троюродный кузен. Рой Ару, мой жених.
И будто невзначай отвела от лица розовую прядь, показывая ему помолвочное кольцо с голубым алмазом. На лице Ларри промелькнула глумливая ухмылка. Я вспомнила о слухах, которые распространял Шендан. От мрачных мыслей меня отвлек холодный голос Роя:
— Приятно познакомиться господин Огден.
С этими словами он развернулся и шагнул к входу в дом, увлекая меня за собой. Не очень вежливо но… разговаривать с родственником мне не хотелось. Наверное, Рой это понял.
Но Ларри и не подумал оставить нас в покое. Он вошел следом, передал пальто слугам и снова заговорил:
— До меня дошли слухи, что ты попала на практику в Академию Огненных… — начал он. — Как продвигается твоя учеба?
— Прекрасно, — ответила я.
Но троюродный братец не отставал:
— Весть о твоем замужестве стала для меня неожиданностью. Впрочем, в твоем положении…
Снисхождение в его голосе заставило меня сжать ладонь Роя. Он тут же вмешался:
— Думаю, нам с леди Суру стоит сначала поприветствовать главу дома. Увидимся позже, господин Огден.
В его голосе промелькнуло раздражение. Ларри не собирался отступать, но наткнулся на взгляд Ару и замолчал. Мы двинулись по коридору в сторону зала для приемов, оставляя моего родственника позади.
— Что это за тип? — спросил Рой, и я подняла на него взгляд. В его глазах светилась жгучая ревность, и я нервно ответила:
— Родственник.
— Близкий?
Я вздохнула:
— Огдены не пришли мне на помощь, когда отца осудили. Хотя до этого наши семьи были довольно близки. Но именно бабушка Ларри посоветовала мне поступить в Шейервальд. Собственно, в этом заключалось все их участие в моей судьбе за последние три с половиной года. А Ларри…
Я помедлила и почувствовала, как напрягся мой спутник. Пришлось поспешно добавить:
— Всегда терпеть его не могла. Вертелся вокруг нас с сестрой…
Разоговор пришлось прервать — мы наконец шагнули в большой зал, и слуга громко объявил:
— Леди Ариенай Суру. Господин Рой Ару.
Головы присутствующих начали поворачиваться в нашу сторону. Большинство лиц в той или иной степени были мне знакомы. Пришлось нацепить дежурную улыбку и шагать рядом с Роем к дальнему концу зала, где нас ждал хозяин дома. Больше всего мне хотелось уйти отсюда, или хотя бы спрятаться за спиной Ару, но этого я позволить себе не могла. Нужно было держать лицо и блюсти не только свою честь, но и всего рода. Пусть даже, с точки зрения остальных присутствующих, она запятнана государственной изменой.
Жалость и презрение во взглядах неожиданно всколыхнули внутри меня злость. Я напомнила себе, что никто из присутствующих не знает правды. А Шендан сделал много, чтобы очернить моего отца.
