— Что случилось? Мерпус передал, что не может найти Ариенай.
Рой молча раскрыл ладонь, в которой лежало помолвочное кольцо и розовая прядь. А затем протянул Эттвуду письмо.
Следователь отнесся к нему профессионально. Сначала склонился и внимательно прочитал написанное, не касаясь листа. Затем достал из кармана тонкие белые перчатки и надел их. Только после этого с величайшей осторожностью он взял листок и протянул его Гейс. Пока демоница старательно обнюхивала письмо, Мерпус стоял рядом и с надеждой смотрел на свою подругу. Рой зада только один вопрос, самый главный:
— Мерпус сможет почувствовать ее? На теле Ариенай его метка.
— Если она в месте, которое защищено магически — только с небольшого расстояния, — ответил Эттвуд. — Судя по всему, сейчас она достаточно далеко, и он ее не чувствует.
Продолжая изучать листок, он добавил:
— Самого страшного не произошло. Если бы Шендан уже убил ее, Мерпус ощутил бы уничтожение метки и разрыв контракта. Так что Ариенай жива.
Эти слова принесли Рою хоть немного облегчения.
— То есть связь с демоном нам не поможет ее найти? — разочарованно выдохнул Руперт.
Эттвуд поднял взгляд и неожиданно покачал головой:
— Не совсем. Если Ариенай в сознании и позовет его сама, это поможет Мерпусу сориентироваться.
Руперт в это время тоже пробежал глазами письмо и задумчиво произнес:
— Селедочная улица?
Затем с его лица сбежала краска, и он встревоженно добавил:
— Кажется, у нас мало времени.
— Почему? — тут же спросил Рой.
— Селедочная улица начинается за портом. Там еще такой мыс и место…
— …где Шендан собирается воспользоваться медальоном, — закончил вместо него Эттвуд, снимая перчатки. — получается, завтра вечером он вытянет силу из прорех и атакует дворец?
— Вероятно. А еще — такие свидетели, как Рой и Ариенай ему не нужны. Никакой сделки не будет. Вас собираются убить.
— Или подставить, — возразил Рой. — Отец Ариенай уже в тюрьме. В случае провала Шендан всегда сможет свалить вину на нее. И снова останется в белом.
Руперт кивнул:
— Не зря же к ней сьезийца присылали.
Пламя снова вспыхнуло за спиной Роя.
— Спокойно, — укоризненно произнес Трой. — Мы что-нибудь придумаем, не пори горячку. Письмо зачищали, но возможно, мой коллега из местных сможет доказать причастность Шендана.
— Нет времени, — отрезал Рой.
— И что ты собираешься делать?
— Отправлюсь к Баррингтону.
Лица друзей удивленно вытянулись:
— Зачем? — хором спросили они.
Рой усилием воли собрал магию и ответил:
— Попытаюсь убедить господина советника, что Его Величеству грозит опасность.
— А если он не станет тебя слушать? — спросил Руперт.
— Вызову его на дуэль и назначу местом встречи Селедочную улицу, — процедил он. — Я верну Ариенай. И доброе имя рода Суру. Чего бы мне это ни стоило.
Руки мне связали за спиной, поэтому дотянуться до воротника было трудно. Связанные ноги осложняли дело. Я извивалась на полу, отчаянно пытаясь достать до собственного загривка. И попутно пыталась восстановить картины того, как меня выводили из дворца. Кажется, когда та самая служанка сняла с меня платье, Шендан стоял за моей спиной.
Видел ли он метку, которую оставил на моем теле Мерпус? Возможно, ее закрыли волосы… Осталось дотянуться и понять, работает ли она. Возможно, блокирующие браслеты помешают мне позвать на помощь. Но я была намерена бороться до конца.
В следующий миг мне пришлось затихнуть — кусок стены снова отъехал в сторону. На этот раз на пороге появился Шендан. За его плечом я увидела Уолша и Дарема. Менталист холодно смотрел на меня, и на его губах играла улыбка. Но мне почему-то не было страшно. Я чувствовала только досаду.
Шендан подозрительно оглядел меня, заметил вывернутые руки и неестественную позу.
— Что ты тут делаешь? — спросил он.
Я выпалила первое, что пришло в голову:
— Спина чешется. И лежать неудобно!
Дарем шагнул ко мне с ухмылкой, а Шендан тяжело оперся на трость и напомнил:
— Лицо не порти. Она должна выглядеть целой, пока ее приятель не принесет нам на блюдечке медальон. Надеюсь, этот щенок не создаст проблем и явится на встречу.
Его помощник уверенно кивнул. Я попыталась откатиться, но меня сгребли за шиворот и заставили сесть. После этого Дарем опустил мои руки вниз и не без удовольствия сказал:
— Спинку тоже могу почесать. Чем-нибудь острым.
— Не надо, — поспешно ответила я.
Ко мне шагнул Уолш. Я инстинктивно подалась назад. Но его пальцы уже с силой сжали мои виски. Дарем встал сзади, и я чувствовала, что по коже начали бежать мурашки. До меня донесся голос Шендона:
— Пришло время ответить на пару вопросов, Ариенай. Ты же знаешь, что будет, если будешь врать?
Я выдавила:
— В прошлый раз я не врала. И совсем недавно уже все рассказала вашему помощнику. Артефакты уничтожены.
Короткая вспышка боли пронзила мою голову, и Уолш с досадой произнес:
— Она говорит правду.
— Как ты попала в хранилище? — продолжал спрашивать Шендан.
Я не видела смысла скрывать это и ответила:
— С помощью родовой магии, которую передал мне отец.
— В прошлый раз ты говорила, что у тебя ее нет, — напомнил Уолш, и головная боль вернулась.
— У меня и не было ее. Отец передал мне ее позже.
