- Он не причинит тебе вреда, Клаудия, обещаю. Возможно, когда-нибудь он даже тебе понравится. - По выражению лица Клаудии он понял, что это вряд ли произойдет в ближайшее время. Он попробовал начать с другого конца. - Они с Фиц-Аланом признают, что мы обручены, и тогда, если со мной что-нибудь случится, ты сможешь быть уверена в защите и поддержке моей семьи.
- А они знают, кто я?
- Нет, но узнав правду, они не станут призывать тебя к ответу за поступки брата.
- Думаю, вы преувеличиваете готовность вашей семьи забывать и прощать.
- Вот увидишь, - пообещал Гай. - Просто будь сама собой, когда мы спустимся к ним, и скоро они станут как шелковые.
Клаудия покачала головой.
- Нет, я не могу снова встретиться с ними, по крайней мере пока.
- Неужели ты хочешь сказать, что струсила? - Гай взглянул на нее с притворным испугом. - А я расписывал братьям, что ты храбра, как лев, что стены замка для тебя ничто, а в схватке с вепрем ты победишь в мгновение ока. Теперь они сочтут меня лжецом.
- Верно, ведь вы же все выдумали, - парировала Клаудия. Все же она улыбалась. Гай собрался с духом.
- Сегодня я встречусь с ними наедине. Есть вопросы, которые нам лучше обсудить, когда вокруг не будет толпиться народ, как в большой зале. А завтра мы устроим пир, чтобы отметить их приезд. - Он внимательно следил за лицом Клаудии. - Ты тоже должна быть там, чтобы занять свое законное место рядом со мной.
Вместо того, чтобы возражать, она приложила ладонь к его щеке.
- Для вас это настолько важно?
- Да, - серьезно ответил Гай. - Я заставлю тебя доказать им свое мужество. Тебе нечего стыдиться, и я не вижу причин, по которым тебе нужно прятаться. С другой стороны, я понимаю, что у тебя есть основания бояться и избегать их общества. Но все же, это мои родственники, Клаудия, а скоро станут и твоими. Способна ли ты забывать и прощать, если хочешь от них того же?
Прикусив губу, Клаудия нахмурилась.
- Как вам удается так ясно читать мои мысли?
- Вы тоже добились на этом поприще кое-каких успехов, миледи. Кончиком пальца он провел по ее губам. - Кстати, ты должна помочь мне подготовить праздник. Договорились?
- Хорошо. - Клаудия глубоко вздохнула. Да, это была не самая приятная перспектива. - Но только если вы позволите удалиться сразу, как только все встанут из-за стола. Они действительно ваши родственники, но мне нужно время, чтобы привыкнуть к мысли, что мы породнимся. По правде говоря, я все еще не верю до конца, что стану вашей женой.
- В этом нет никаких сомнений, - заверил Гай, глядя на ее губы, самые чувственные, какие только можно себе представить. Его пальцы двигались вдоль выреза платья, лаская ее нежную кожу. - Вчера ночью я говорил совершенно серьезно, любимая.
Клаудия вся затрепетала под его прикосновениями, но не пыталась остановить Гая в этой соблазнительной игре.
- А что, если ваши родственники меня не примут?
- Этого не случится.
- Но откуда...
Гай склонился над ней, чтобы прервать возражения поцелуем, потом еще одним. Когда он целовал ее уже в третий раз, Клаудии наконец удалось высвободить губы.
- Откуда такая уверенность? Разве не вы говорили, что Кенрик, наверное, перережет мне глотку, когда узнает, что я сестра Роберто?
Вспомнив об этих словах, Гай нахмурился - как это у него могла вырваться такая глупость?
- Я преувеличил, сейчас уже не помню, по какой причине, однако уверяю тебя, никто в моей семье тебя не тронет.
Клаудия приподняла подбородок, с сомнением указывая на недавний порез.
- По-моему, это не было особенным преувеличением. Вы уверены, что они не знают, кто я?
- Это же было недоразумение, и тебе отлично об этом известно.
По выражению лица Клаудии Гай почувствовал, что не убедил ее до конца.
Он притянул ее к себе.
- Клаудия, ты знаешь, как погиб твой брат? Я имею в виду, подробности произошедшего?
Палец Клаудии описывал круги вокруг ямки у него под горлом.
- Мне известно, что Роберто пытался убить жену Кенрика, а тот перерезал ему горло.
Поймав руку Клаудии, он прижал ее к груди.
- Твой брат был ранен, любимая. Между Кенриком и твоим братом должен был состояться поединок. Роберто получил смертельную рану. Надежды на то, что он поправится, не было, его ожидали лишь долгие мучения, пока рана не сделает свое дело, и Кенрик прекратил его страдания. Перед смертью Роберто признался в своих планах.
Гай знал, что говорит правду, хотя она и приобрела несколько иной оттенок из-за пары намеренных опущений и перестановки событий. Роберто был мертв, и его уже не воскресить. Сейчас он просто старался, чтобы в глазах Клаудии Кенрик перестал выглядеть чудовищем. Задумчивое выражение ее лица говорило, что, возможно, это ему удастся.
- Твой брат все равно бы погиб, - настаивал он. - Кенрик лишь укоротил его жизнь на несколько часов, самое большее на сутки, избавив от мучительных страданий.
Клаудия нахмурила брови.
- Я не знала этого.
- Ты скоро выяснишь, что большинство рассказов о моем брате звучат страшнее, чем на самом деле. И для них с Фиц-Аланом не будет иметь никакого значения, кто ты, когда я объясню им причину своего выбора. Уверен, они одобрят мое решение.
