- Вы плохо понимаете мою речь? Я могу говорить медленнее. Ваш брат и его люди понимают меня без труда, но посторонним, наверное, сложно воспринимать мой акцент.
- Посторонним! - лицо Кенрика стало пунцово-красным. - Леди, я попросил бы вас не называть нас посторонними в стенах этого замка.
Клаудия наклонила голову - высокомерно и едва ли не пренебрежительно. Их упрямство заслуживает такого отношения, решила она.
- Расскажите нам об этом ожерелье, - попросил Фиц-Алан. - Почему Гай считает его настолько ценным, что держит у себя в сокровищнице?
Клаудия никогда не думала об ожерелье с такой стороны. Гая оно, казалось, не очень интересовало.
- Оно состоит из двух десятков продолговатых камней величиной с воробьиное яйцо. Меньшие камни, размером с горошину, я не считала. Если ожерелье размотать, его длина из конца в конец составит два ярда. Мой брат Данте уверял меня, что все изумруды - высшего качества.
Фиц-Алан посмотрел на Кенрика и улыбнулся.
- Теперь все проясняется - Гай из всего может извлечь выгоду. Он нашел себе невесту с богатым приданым, если она говорит правду.
- Вы думаете, я стану лгать вам? - голос Клаудии зазвенел, я она покраснела от негодования. - Если хотите знать правду, я не заставляла вашего брата жениться на мне. Наоборот, я делала все, чтобы отговорить его от этого намерения. У меня не больше желания войти в вашу семью, чем у вас принять меня. Если вы стремитесь не допустить этот брак, вы говорите не с тем человеком. Вам нужно разговаривать с Гаем - намерение исходит от него. А теперь я прошу меня извинить - мне необходимо выполнить еще множество дел, прежде чем начнется пир в честь вашего приезда.
Повернувшись, Клаудия решительно направилась к двери. Она совершенно не представляла себе, как поступит, если Кенрик вновь попытается остановить ее, но в последний момент он уступил ей дорогу. Гордо и величаво Клаудия миновала его, надеясь, что он не заметит, как дрожат ее коленки, и не поймет, в каком смятенном состоянии ее чувства.
Закрыв дверь за Клаудией, Кенрик повернулся к Фиц-Алану.
- Надо воздать тебе должное - у тебя большие дипломатические способности. Тебе очень пошла бы роль королевского посланника.
Взяв меч, Фиц-Алан провел большим пальцем по только что отточенному лезвию. На пальце выступила кровь, и он пробормотал ругательство.
- А девушка-то совсем иная, чем я ожидал.
- Да, ты прав, - согласился Кенрик. - Все, что о ней наговорил Гай, похоже, в самом деле правда. Она действительно отважна, и я готов поспорить на своего коня, что она не принимала участия в заговоре своего дяди. А еще я готов поспорить, что она сочла нас невежественными грубиянами.
- Да уж, разговор у нас получился не из лучших, - Фиц-Алан воткнул меч в деревянный пол. - Как ты думаешь, она все расскажет Гаю?
Кенрик пожал плечами.
- Если она имеет целью поссорить его с семьей, наверняка передаст все до последнего слова. Если же нет - сохранит все в тайне. Интересно будет узнать, откуда дует ветер.
- Тебя она тоже заставила почувствовать себя последним скотом, спросил Фиц-Алан, - или эта честь принадлежит мне одному?
Кенрик с размаху хлопнул Фиц-Алана по Спине, и его громовой хохот разнесся по комнате.
- Нет уж, тут тебе придется остаться в одиночестве. Я почувствовал себя всего лишь последним глупцом.
14.
- Мне исключительно не везет! - воскликнул Гай, входя в спальню. Он заключил Клаудию в объятия, крепко поцеловал, затем отодвинулся на расстояние вытянутой руки. Блуждая горячим взором по ее телу, он начал расстроенно объяснять причину задержки.
- Я уже почти вошел в спальню, когда мне сообщили, что прибыл гонец от короля. Он привез послание на шести страницах и передал, что Эдуард ждет немедленного ответа. Боже, ты восхитительно выглядишь. Откуда у тебя это платье?
- Это все Ленора, - объяснила Клаудия. Она привыкла к изобретательности Леноры, но все равно удивилась, когда та сшила платье золотого цвета с длинными рукавами и вставками из темно-бордовой венецианской парчи. К нему очень подходило вишневое блио. Изумрудное ожерелье дополняло наряд, и на золотом фоне камни полыхали зеленым пламенем. Клаудия надела ожерелье лишь для того, чтобы произвести впечатление на родственников Гая - пусть они убедятся, что она не нищая и не обманщица. По восхищенному взгляду Гая она поняла, что он оценил ее усилия.
- Пир должен был начаться уже час назад. Я... - Внезапно она осознала, что за новости могли содержаться в письме короля, и ее глаза испуганно расширились. - Королевский гонец? Он привез известия о Данте?
Гай помрачнел.
- Да, король пишет, что намеревается сообщить Данте о происшедшем в Лонсдейле и о нынешнем местопребывании его сестры. Он специально предупредил меня об этом заранее, поскольку уверен, что вскоре твой брат захочет нанести мне визит.
- Это чудесно! - Клаудия захлопала в ладоши от радости, чувствуя, как тяжелый груз беспокойства за судьбу брата упал с ее плеч. Однако при виде хмурого лица Гая ее настроение изменилось. - Это ужасно! Что, если Данте не поймет, что вы всерьез решили жениться на мне? Он придет в ярость! Он...
