— А ты меня напугать хочешь? — Тот рывком повернулся к нему лицом. — Да мне похрен все!
— Ну давай начинай! — Ролан кивком показал на трясущегося Голдина. — А мы посмотрим!
— Посмотрите? — задумался Шанин.
— Ты же не думаешь, что нам его жалко?
— Не жалко?… Думаешь, он убил моего сына?
— А ты в этом сомневаешься?
— Я сомневаюсь?! Он же точно на меня шел! Столкнуть хотел! Я его позвоночником чувствовал!..
— Да не хотел я! — жалко пискнул Голдин.
— А чего ты хотел? Зачем ты к человеку подкрадывался? — спросила Полина.
— Ну не толкать же! Предупредить хотел! Нельзя здесь стоять, опасно для жизни!..
— А кто еще опасность представляет, кроме тебя? — усмехнулся Ролан.
— Ну, мало ли…
— Удды опасность представляют! — хмыкнула Полина. — Ваши боги! Да, Артур, как вас там, Михайлович?
— Удды — это не боги! Удды — это злые духи!
— Может, им жертва нужна? Может, им людей в жертву нужно приносить?
— Я уже не верю в эти сказки! — мотнул головой Голдин, потрясенно глядя на Полину.
— А раньше верил? Раньше приносил?
— Я убивал?! — побледнел сторож. — Не убивал я никого! Никогда!
— Хочешь сказать, что ты принес моего сына в жертву? — Шанин взбешенно смотрел на него.
— Да не я это!
— А кто?
— Не знаю!
— А его могли принести в жертву? — спросил Ролан.
— Ну да, могли… Но это не я!
— А кто?
— Да не знаю я!..
— А женщина была? — Ролан решил вернуться к началу разговора.
Возможно, про женщину Голдин придумал на ходу, чтобы хоть как-то оправдать свое здесь появление. Но в то же время Ролан проходил тот путь, который могла проделать женщина в штанишках под платьем. И у Голдина могло возникнуть желание обследовать этот путь, он же не знал, что за ним следят, перелез через забор, вышел к Чертову мосту, хотя мог воспользоваться другим маршрутом. Возможно, он действительно что-то искал. Возможно, платье, которое женщина скинула, оставшись в джинсах…
— Женщина была.
— А мужчина, который потом поднялся по лестнице?
— Тоже был.
— Мужчина или женщина?
— Ну мужчина… А может, и женщина. Просто задницей не виляла.
— А меня зачем столкнуть хотел? — обрывая разговор, спросил Шанин.
— Да не хотел я! — Голдин умоляюще вскинул руки.
Ролан понял, что пора прекращать издевательство над его психикой. И покончить с угрозой для его жизни. Шанин вроде бы и успокоился, но закоротить его могло в любой момент. Возьмет и скинет мужика со скалы.
— Хотел не хотел, но не столкнул, — качнул головой он.
— Да и не собирался я! — вякнул Голдин.
— Собирался не собирался, а задержать вас придется. И доставить в отделение. — Ролан склонился, подал ему руку, помог подняться с земли.
— Я тебя из-под земли достану, гнида! — скривился Шанин.
— И застрелишь? — резко глянул на него Ролан.
— Из травмата?
— А это не оружие?
— Да пошли вы!
Шанин рванул напролом, толкнул и Ролана, и Голдина, прокладывая себе дорогу. Мог бы и Полину задеть, если бы она не отошла в сторону, освобождая проход. Голдин облегченно вздохнул, глядя ему вслед.
— А ведь найдет, — предсказал Ролан. — И убьет.
— Но я никого не убивал!
— Да, но доказать ему ты этого не смог. И мне тоже.
— Но я хотел. Думал, поброжу здесь, может, увижу что-то… Ну, и сказать хотел, что нельзя здесь… А вдруг, правда, духи!..
— Поброди, погляди. Можешь им даже позвонить, своим духам. Только номер оставь. И завтра к следователю Асатурову… На прием! Он будет ждать.
Задержать Голдина Ролан не мог, не было полномочий. Да и повода тоже. Если бы сторож толкнул Шанина, а он всего лишь опасно приблизился к нему…
— Да нет, я домой, — мотнул головой Голдин. — А то вдруг свалится кто-то, а я крайним останусь.
— Шанина не догони! — предостерег Ролан, внимательно глядя на него.
И Голдин не обманул его ожиданий. К отелю он отправился тропинкой, которая тянулась по краю скалы вдоль берега моря, пересекая линию оврага с его проломами.
— Он будет проходить мимо пещеры, где мы Столярова нашли, — наблюдая за ним, вслух подумал Ролан.
— И что? — спросила Полина с таким видом, как будто знала ответ.
— Может, он Столярова туда и затащил.
— А женщина?
— Отравить Столярова могла Маркушина, — кивнул Ролан.
— И через забор она могла…
— Надо бы с ней поговорить, — вздохнул он.
Маркушина — женщина роскошная, но Ролана ничуть не вдохновляла возможная с ней встреча. Не тянуло его к ней, да и на грубость нарываться не хотелось.
— Она ничего не скажет, — качнула головой Полина.
— Так в том-то и дело.
— Достаточно знать, что это была она.
— Очень может быть.
— Это они со Столяровым кашу заварили. Столяров свое уже получил.
— А если это все Голдин?
— Не знаю. Но я хочу ему верить. Хотя бы потому, что он не пытается спутать меня с этой… подзаборной женщиной.
— Это была не ты, — согласился Ролан.
— Я не убивала, это я могу сказать точно.
Полина повернулась к нему и с твердой уверенностью, но мягко посмотрела в глаза. И нежно попросила не отказывать ей в доверии.
А еще Ролан почувствовал исходящее от нее притяжение, то самое, которое создает женщина в ожидании поцелуя. Он потянулся к ней, она подалась к нему, но в самый последний момент перед тем, как их губы должны были соприкоснуться, отпрянула.
