Действительно, могла ли она жалеть мужчину, который все норовил забраться к ней в постель, но даже не удосужился спросить номер телефона? Мужчину, который уже и думать о ней забыл?…
Полина мотнула головой, принимая решение. Нет, ей не жаль Максима.
Ролан снова набрал темп, он торопился, шел быстро, Полина старалась не отставать, но все же они не успели. На камне никого, и вокруг ни единой живой души. Только кузнечики в траве стрекочут, зазывая самок. У них-то любовь на уме, и только Ролан думал о смерти. Он торопливо забрался на самый верхний ярус, осторожно глянул вниз и тут же соскочил на землю, помогая себе руками. Казалось, он оттолкнул от себя силу тяжести, которая потянула его в бездну.
— Внизу он там! — взбудораженно крикнул Ролан.
Возможно, от высоты под ногами у него заложило уши, поэтому он так резко повысил голос.
— Кто он?
— Шанин!
Полина глянула на страшный валун и мотнула головой. Нет, не полезет она на эту языческую Голгофу, не глянет вниз, рискуя принести себя в жертву древним богам.
Ролан рванул по тропинке, которая вела к оврагу.
— Куда ты? — крикнула Полина.
— Так короче!
— Куда короче?
— К морю!
— А разве Максим там? — спросила она и сама же испугалась.
Максим, если это он столкнул Шанина, должен быть где-то здесь. Вдруг он собирается покончить и с ними. Может, стоит где-то за кустами, наблюдает за ними в ожидании удобного момента.
Ролан остановился как вкопанный.
— Шелестов уходит!
Он развернулся, прошел мимо камня и, увлекая за собой Полину, рванул тропинкой, которая вела к Чертову мосту. Если это Максим убил Шанина, то сейчас он уходил в сторону поселка. И его еще можно догнать.
Ролан шел и крутил головой, всматриваясь в кусты, за которыми мог прятаться преступник. Смотрела по сторонам и Полина, но Максим на пути так и не попался.
Зато они натолкнулись на Шанина-старшего. Мужчина переходил пересохшую реку, двигаясь им навстречу. И шел медленно, более того, с таким видом, как будто заставлял себя идти. Шляпа на нем, рубашка и брюки чистые, крови не видно, лицо без ссадин, хромоты нет, но все равно вид у него такой, как будто он только что со скалы свалился. Потерянный вид.
Ролан остановился, с открытым ртом глядя на него. Они ведь его уже похоронили.
Остановился и Шанин.
— А вы чего здесь? — спросил он, подозрительно сощурив глаза.
— Только не думай, что мы собирались тебя столкнуть, — качнул головой Ролан.
Он, конечно же, осознавал свою ошибку. Шанин просто куда-то ушел, а на берегу под скалой мог загорать курортник. Или за белыми одеждами прятаться от солнца. Все просто.
— А я мог так подумать? — цокнув языком, спросил Шанин.
— А разве нет?
— Мог… Вы же держите меня за сумасшедшего! — Шанин не спрашивал, он утверждал.
Но при этом не злился, не выходил из себя.
— А я не сумасшедший, просто мне так легче…
Шанин вдруг всхлипнул, сощурив глаза, и, прикладывая к лицу ладонь, повернулся к ним боком. Он не хотел, чтобы кто-то видел его слезы.
— Мы вас прекрасно понимаем. И нисколько не осуждаем, — сказала Полина.
И тут же об этом пожалела. Шанин резко развернулся к ней и выстрелил взглядом.
— Еще бы ты осуждала!
— Полина ни в чем не виновата! — закрывая ее собой, сказал Ролан.
— Да пошли вы!
Шанин обошел их, направляясь к белой скале.
— Не надо туда ходить! — предостерег Ролан.
— Чего это?
Шанин остановился, но поворачиваться к нему лицом не спешил.
— Это очень опасно!
— Это в последний раз, — шагнув, сказал Шанин.
— Преступник, возможно, где-то рядом.
Шанин остановился, хотел развернуться, но удержал себя.
— Тем лучше! — хищно сощурился мужчина и продолжил путь.
— Смотрите в оба! — крикнул ему вслед Ролан.
Он понимал, что не сможет его остановить. И за ним идти не решался. Шанин и без того грешил на них, а если они последуют за ним, еще больше утвердится в своих подозрениях.
Но все же Ролан решился. Выждал время и осторожно направился по его следу. Полине ничего не оставалось, как присоединиться к нему.
Они уверены были, что Шанин идет к белой скале, поэтому не старались держать его в прямой видимости. Они не видели, как он забирается на вершину жертвенного камня, но Ролан и не допускал иного развития событий. И разволновался, не увидев его на камне.
Шанин мог схитрить и спрятаться, чтобы наблюдать и анализировать их поведение, но Ролан об этом почему-то не подумал. Он с ходу заскочил на средний ярус, забрался на второй, а затем и на верхний.
Полина следовала за ним по инерции, шла как ниточка за иголочкой. Поэтому оказалась рядом, когда Ролан вдруг поскользнулся. Он попытался удержать равновесие, подал к ней тело, но все же упал — сначала на колени, затем на живот. Ноги его понесло в бездну, за ними устремилось и туловище, но Полина успела схватить Ролана за руки. И тоже упала. На живот.
От боли потемнело в глазах, но рук она не разжала. Сухая шероховатая поверхность камня создавала достаточную силу трения, чтобы ее живот не скользил, и она держалась над пропастью с неподъемным грузом в руках.
— Скользко, очень скользко, — кряхтел Ролан, дергая зависшими над пропастью ногами.
