Ева обняла брата, моих родителей и потащила нашу невестку в дом, видимо, сплетничать и по прочим женским делам, не дав мне даже поздороваться с ней. Благо, в последний свой приезд брат привез ее с собой, так что мы уже были знакомы, и неловкостей за завтраком не вышло.
– Заходите в дом, – произнесла мама с Робертом на руках. – Мы уже завтрак приготовили. Знали, что с минуту на минуту приедете.
Наш дом было не узнать: новый свежий ремонт, перестановки, новая мебель. Брат времени зря не терял.
– Как ты, Вик? – спросил меня отец.
– Нормально, – улыбнулся я. – Тут все изменилось. Классный ремонт.
– Это все твой брат. Заставил нас.
– А ты говорил, что из него человека не выйдет.
Мы оба засмеялись.
– Тяжело было вернуться?
– Если честно, нет. Ну, поначалу я думал, будет тяжело, но на деле все хорошо. Никакого давления прошлого и прочей ерунды, если ты об этом.
– Ну и хорошо. Как ваша пекарня?
– Хорошо, пап, спасибо. Уже вторую открыли. Я подумал, может и здесь открыть одну, ну, для вас.
– Для нас?
– Тебя и матери.
– Лучше для брата, пусть он ею занимается, нам уже поздновато.
Я улыбнулся.
Ева, как оказалось, после недолгой беседы с невестой брата сразу ринулась в душ, так как знает, что я обычно застреваю в ванной часами, так как люблю нежиться в теплой воде. Мы с сыном и нашей семьей в это время принялись за завтрак. Потом душ принял я, а после брат искупал Роберта. Казалось, радости их обоих не было границ. Вплоть до свадьбы наш с Евой сын спал на диване в обнимку с дядей, поэтому невесте пришлось довольствоваться одиночеством в комнате своего жениха. Она, к слову, даже не была против. Ей нравилось наблюдать за ними двоими.
Чисто технически брат со своей «невестой» уже были женаты, расписались за месяц до свадьбы, а торжество предназначалось больше для родных и близких. У них было свое жилье в центре города, но наши родители настояли на том, чтобы мы все на период свадьбы находились под одной крышей. Честно сказать, идея оказалась не совсем удачной, так как нам было немного тесно, но зато все остались довольны.
***
Свадьбу провели в новом не очень большом, но красивом ресторане «Гарден Пэлэс». Как назло, весь день лил дождь, но это, к счастью, не помешало торжеству. Гостей было очень много. Некоторых я знал, а других видел впервые. С первыми мы душевно поговорили, вспомнили некоторые моменты из прошлого. А со вторыми, мило побеседовав, расходились, зная, что вряд ли когда-нибудь уже увидимся после этого вечера. Свадьба прошла на ура, а утром молодожены уехали в путешествие по Греции.
Мы с Евой по настоянию матери решили остаться еще на несколько дней в городе. Тем более Ева всегда хотела увидеть места, где я вырос. В прошлом ей этого не удалось, так как мы всего лишь пару раз приезжали к родителям, а потом, не гуляя и не посещая никаких мест, уезжали. Ну а мне просто было хорошо в родном доме под родительской крышей, чего у меня не было целое десятилетие с хвостиком.
Вечером третьего дня нашего пребывания там, на следующий день после свадьбы, погода стояла изумительная. Грех было не воспользоваться этим и не пойти гулять. Я решил пройтись по нескольким улицам, взяв с собой Роберта, а Ева предпочла прогуляться с моими родителями.
Мы шли вдоль улицы, солнце еще не зашло за горизонт, но дорожные фонари уже горели. Роберт шел рядом, держа меня за руку и, то и дело, спрашивая, куда ведет та или иная дорога. Мы прошлись по той самой улице, которая вела к парку, в котором я когда-то переночевал на скамейке.
Через час мы уже почти были у студенческого городка. Мне очень сильно захотелось зайти в «Гэтсби».
«Если он, конечно, еще не закрылся», – подумал я тогда.
Меня будто что-то туда тянуло. Я не знал, что именно, но желание росло с неведомой силой.
«А куда девать Роберта? Не вести же его в бар. А, нет, стоп. Он же превратился в ресторан тогда. Как я об этом забыл? В общем, на месте разберусь».
– Папа-а, у меня ноги болят, – сказал вдруг сын усталым голосом.
Я взглянул на часы Августа у себя запястье. Было не так уж и поздно, Роберта надо было укладывать спать только через час.
– Дружок, папе надо зайти кое-куда, – я подхватил его на руки, а он обвил ручками мою шею, чтобы ему было удобней. – Потерпишь немножко?
– Угу, – согласился он, и я поцеловал его в нос. – Интересно, как там Баки…
– Я думаю, ему не одиноко, ты же дал его другу, чтобы он его развлекал, да?
– Да. Ему, наверное, весело, – Роберт зевнул в свойственной ему манере, полуоткрыв рот и через секунду закрыв его.
Мы с Евой никогда не видели, чтобы это длилось дольше двух секунд, всегда супер-короткий зевок. Жена даже думала отвести его к врачу, но я ее отговорил.
«Вырастет и будет зевать как мы, долго и во весь рот» – сказал я тогда и изобразил нелепый «взрослый» зевок, закатив глаза, от чего она захохотала.
