— Гарри, — прошептал Малфой, — мне кажется, что я умер там, в той жизни, я умер, а это мой ад. Помнить о том, что я сделал для Темного Лорда, что не сделал, как студент Дурмстранга, что не делаю, будучи отцом. И каждый день, постоянно, думать о том, что я не могу быть с человеком, которого люблю, Гарри, и понимать, что я никогда не буду достоин его.
Поттер аккуратно поцеловал блондина в висок.
— Мне кажется, что я люблю одного человека… — начал брюнет, чувствуя, как напрягся блондин под его руками
— Это прекрасно, Гарри, — улыбнулся колдомедик, глядя в глаза аврору, — Тебе должно повезти в этих отношениях. Если нужно будет кольцо, ты знаешь, что я всегда готов помочь безупречным советом.
Голос и лицо Малфоя были абсолютно спокойными, но его била крупная дрожь, и холодные руки ощутимо дрожали в горячих руках аврора.
— Я влюблен в тебя, Драко, — спокойно сказал он.
Блондин замер и поднял глаза.
— Я не играю в игры, Поттер, — болезненно скривился блондин, с силой сжимая пальцы парня, — Один человек — одна ночь.
Брюнет хмыкнул и приблизился к лицу колдомедика, медленно сокращая расстояние, он провел ладонью по прохладной шее и оставил горячую ладонь лежать на ней. Второй рукой он погладил парня по волосам, очертил ухо и провел большим пальцем по губам.
— Нет, Драко, я знаю, что ты просыпаешься по ночам с криком, я знаю, что тебе снятся липкие кошмары, от которых ты не можешь проснуться. Я знаю, что иногда, лёжа ночью в кровати, после очередного пробуждения, ты думаешь о том, что нужно всё закончить, убить себя, перестать бороться. Но ты думаешь о сыне и понимаешь, что не имеешь права. Я знаю, что приходя иногда утром на работу, ты хочешь, чтобы этот день все оборвал, ты хочешь, стать только строчкой на мемориальной табличке храбро павших коллег. Но каждый день ты идёшь домой, обнимаешь сына, и в тот момент, когда руки смыкаются на твоих плечах, ты понимаешь, что в этот самый момент, ты безгранично счастлив. И ты понимаешь, что теперь сможешь прожить день. Всего один день ты точно будешь жить.
Малфой смотрел на аврора, не отрывая глаз, по щекам катились слезы, а все тело дрожало.
— Это не игра, Драко, — спокойно и тихо сказал Поттер, — Если ты думаешь, что ты хуже меня, то ты ошибаешься. Я не тот мальчик, который был в школе, я изменился. Я убивал и пытал людей, я изменял жене, трахаясь прямо на нашей кровати, уходил с семейного ужина ради секса, забывал о датах свадьбы и днях рождениях, меня били в переулках маггловского Лондона, и я бил в ответ. Я делал море ужасных вещей и буду продолжать их делать, но я хочу быть с тобой.
— Чтобы изменять и мне, Поттер? — спокойно спросил взявший себя в руки Малфой.
— О, Мерлин, Драко, знаешь почему я изменял жене? Смотри… — Поттер опять постучал пальцем по виску, и Малфой тут же, без использования палочки ворвался в чужие мысли.
Водоворот мыслей и образов:
Поттер сзади стоящего на четвереньках худого блондина, неистово трахает его, и выдыхает ему в затылок: «Драко».
Поттер трахает кого-то в темном переулке, запустив пальцы в длинные блондинистые волосы и кончает с криком: «Драко».
Поттер лежит в гостиничном номере, в полудрёме перебирая волосы нового худого блондина, и когда тот шевелится, возмущённо шепчет: «Блядь, Драко, просто лежи». Блондин вскакивает на кровати и орет: «Что за Драко, блядь?».
Поттер, сидя сзади блондинистого парня, обнимает его, зарываясь в его волосы, вдыхает запах и разочарованно стонет: «Ебаный Малфой», и закрывает глаза.
Малфой вынырнул из мыслей Поттера. Осознание накрыло его с головой, он с трудом дышал. И быстро подавшись вперёд яростно поцеловал, напористо и болезненно, со стоном обнял брюнета, потянул на себя, и Поттер навалился сверху. Руки брюнета зарылись в чужие волосы, он осторожно отвечал на поцелуй. Но блондин страстно стонал в чужой рот, покусывал губы, вжимаясь в горячее тело.
— О, Мерлин, Драко, — хрипло сказал Поттер, отстраняясь, — Ты меня слишком возбуждаешь. Мне и так сложно держаться.
Малфой приподнялся и начал целовать мелкими влажными поцелуями шею брюнета. Зарывшись пальцами в волосы, потянул назад, аврор простонал и подставил шею.
— Я влюблен в одного человека… — хрипло сказал блондин, отрываясь от брюнета.
Брюнет вздрогнул и опустил взгляд на подмятого им блондина.
— Не надо, Малфой, — болезненно кривясь, сказал он, — Пожалуйста, пусть сейчас все будет хорошо.
Малфой кивнул и поцеловал, рвано и болезненно. Провел пальцами по застёжкам кителя, расстёгивая их одну за одной и справляясь с ними, сорвав китель, он откинул его куда-то в сторону. Оглаживая ладонями спину, покрытую шрамами, Поттер расстегнул рубашку колдомедика, пытаясь тоже стянуть ее.
— Не надо, Гарри, — прошептал Малфой, — Оставь рубашку.
Поттер покачал головой и невербально снял рубашку со штанами с блондина.
— Я знаю, что у тебя метка. И я люблю тебя, Мерлин, как же я тебя люблю, — стонет брюнет, упираясь лбом в лоб блондина, — Я хочу видеть тебя всего, хотя бы один раз, хотя бы сегодня.
Малфой порывисто обнял аврора и всхлипнул.
— О, Мерлин, Драко, что случилось?