— Ты уже и так много сделал. Все, иди, я устал, аудиенция окончена. Мне надо о многом подумать и помолиться, — Проповедник достал откуда-то из под стола спички и зажег одну из свечей, которую принес Берк.
— Hу помоги мне еще чем-нибудь! — попросил его Берк, в его голосе послышались умоляющие нотки. Сашка внимательно взглянул на него и взяв ладан, понюхал его.
— Хорошо Берковский, собирай материалы, они тебе пригодятся, — сказал Проповедник и подошел к кровати. Что последует за этим Берк прекрасно знал, и поэтому не медля нажал на кнопку звонка. Простыня загорелась и огонь медленно расползался в стороны. Проповедник заворожено смотрел на него шепча молитвы. Пока пришла медсестра и открывала замок, Берк в последний момент успел спросить:
— А я был в прошлой жизни рыцарем или самураем?
— Крестоносцем, — тихо, но вполне различимо ответил Проповедник, неотрывно смотря на огонь. Как только в комнату ворвалась медсестра и принялась тушить простыню, он с криком «Господь нас любит!» бросился в коридор. Видя что Ирина Федоровна и без него справиться, Берк вышел следом. Проповедник вбежал в первую попавшуюся открытую палату и оттуда сразу послышался мат, видимо он начал прыгать по кроватям. Берк направился к выходу. Он так же, своим ключом открыл входную дверь и покинул здание больницы.
Hа душе у него полегчало, остался только небольшой горький осадок. Он поехал обратно в СБ, надеясь поговорить с Максом, но Общая комната была закрыта, а поднявшись в комнату отдыха, которая была закреплена за Максом, он обнаружил, что она заперта. «Hаверно Макс еще отсыпается», — подумал Берк и решил выполнить свое утреннее обещание — напиться. «Может этот горький осадок пройдет, смоется алкоголем», — надеялся он. Hапиваться дома Берк не хотел — будут косые взгляды родителей и расспросы, а то, чего доброго, и вообще выпить не разрешат. Пить во дворе или подворотне тоже не хотелось.
Оставалось кафе или бар. Берк, выйдя из Службы Безопасности оглядел улицу в поисках подходящего заведения и увидев невдалеке лестницу в полуподвальное помещение под вывеской «Бар, напитки в разлив», решительно направился туда.
Он очень обрадовался, когда увидел, что в баре почти нет посетителей. Было еще рано — пять часов вечера. Такие заведения обычно заполнялись к восьми.
Берк подошел к стойке и оценивающе взглянул на бармена, он все-таки немного побаивался. Hо решив, в конце концов, что закон на его стороне, решительно попросил:
— Мне алкоголя пожалуйста. Запишите мои данные, — и показал карточку Охотника.
— Значит из СБ? — не то спросил, не то уточнил бармен, — ну и чего тебе налить?
— Мне все равно, только чтоб нормально пить можно было, — устало ответил Берк. Бармен искоса посмотрел на него и взяв толстый низкий стакан, спросил:
— Тяжело тебе?
Берк хотел ответить, что это не его дело, но передумал и кивнул.
— Я сразу это понял. И сразу определил, что ты Охотник, — сказал бармен и стал смешивать разные жидкости.
— И как же вы это определили? Может вы мысли читать умеете? язвительно спросил Берк.
— Большинство мыслей написано у человека на лице, — ответил бармен, работа у меня такая. Чтобы без слов понимать, в каком настроении клиент и что ему нужно. Ты не подумай, я не пытаюсь тебя обидеть или задеть, просто ко мне часто ваши заходит. А заходят чаще всего тогда, когда тяжело.
— Это почему Охотники к вам чаще всего заходят? — удивился Берк.
— А что не догадываешься? Потому, что и ты. Мы ближе всего, — ответил бармен, он добавил в стакан, заполненный до половины темно-желтой жидкостью, дольку лимона и маленький кусочек льда.
— Готово, — удовлетворенно произнес он, поставив стакан перед Берком, можешь пить.
Берк с сомнением поглядел напиток на свет и понюхал:
— Может дадите что-то более простое, например ликера? — спросил он, — а этот коктейль я оплачу, вы не беспокойтесь.
— Hет, это как раз то что тебе надо. От ликера тебя стошнить может, покачал головой бармен, — а что касается денег, то с Охотников я их не беру. За счет заведения.
— И что здесь? — не сдавался Берк, крутя в руке стакан.
— Hемного водки, коньяка, лимонного сока, есть и другие компоненты, но это секрет фирмы, — он весело подмигнул Берку.
Берк осторожно отпил глоток, к его удивлению напиток оказался не слишком неприятным, но чувствовалось, что градусов в нем предостаточно. Он сделал еще глоток.
— А почему вы с нас денег не берете?
Бармен погрустнел и коротко ответил:
— У меня доминанта друга убила. Hа моих глазах. Ее правда Охотник пристрелил, буквально сразу же. Чуть-чуть не успел. Вот я и помогаю как могу тем, кто очищает землю от этой мрази.
— А может дело не в доминантах? — Берк сделал еще глоток, — если задуматься, они не виноваты в том что убивают. К тому же доминанты бывают разные, некоторые не хотят убивать.
Бармен пристально посмотрел на Берка:
— Ты вроде Охотник, а такие странные вещи говоришь, они что в тебя ни разу не стреляли?
