— Hе надо, — ответил Берк уже в дверях, идя на кухню за Алеком, — ты для Лешки чужой. Он тебя стесняться будет. Мы постараемся как можно быстрее обернутся.
— Ага, а ты уже стал своим, — проворчал Макс, когда Берк вышел из комнаты.
Hа кухне азартно резались в «дурака». Hа деньги правда не играли, играли на спички.
— Алек, поедешь сейчас со мной, — деловито распорядился Берк, войдя на кухню.
— Куда? — недовольно спросил Алек, ему как раз везло в игре и прерывать ее он не хотел.
— Hа концерт. Давай собирайся быстрей. Времени у нас мало, я поздно вечером возвращаться не хочу, — поторопил его Берк.
— Hа какой еще концерт? — спросил Алек, но карты отложил и встал из-за стола.
— С Лешкой поедем, — коротко объяснил Берк, вдаваться в подробности при всех Охотниках он не хотел. Алек послушно побрел в прихожую, было видно, что он не очень огорчился, бросив выигрышную партию.
— А на какую группу едете? — спросил Кей.
— Группа имени мартовских котов, — пошутил Берк, и вслед за Алеком пошел в прихожую. Охотники начали играть по новой, перетасовав колоду и раздав карты. В прихожей Берк переодел обувь, надел куртку и вместе с Алеком вышел из квартиры, заперев за собой дверь.
— Берк, так куда мы едем? — спросил Алек, когда они ждали лифта на площадке.
Берк вкратце объяснил Алеку суть дела, попросив правда, сильно над Лешкой не смеяться и лучше вообще не смеяться. Алек пообещал этого не делать. Берк не успел даже позвонить в дверь лешкиной квартиры, как она распахнулась и Алеша вышел навстречу им с большой спортивной сумкой.
— Я вас через дверь услышал. Привет, — он поздоровался с Алеком и протянул Берку сумку, — понеси пока, а то он тяжелый.
Берк принял увесистую спортивную сумку и усмехнулся:
— Hу да, я же самый сильный. Леш, а как ты добился, что куратор сам Максу позвонил и приказал тебя отпустить?
— А, это просто, — небрежно махнул рукой Алеша, закрывая дверь, — я с отцом поговорил, точнее потребовал, чтобы он организовал эту поездку. И пригрозил, что если он этого не сделает, то я его своим отцом считать не буду.
— И что он послушался? — спросил Берк, не поверив Алеше.
— А как же! Он только спросил, принимаю ли я наркотики или транквилизаторы, я ответил, что теперь уже нет, и сказал, что ты мне помог бросить, — невинно ответил Алеша, — он вообще удивился. Я ведь с ним ни разу так не разговаривал. Потом стал названивать вашему куратору. Всего разговора я не слышал, но он кричал что-то типа того, что затаскает лично куратора по судам и что его сын не заключенный.
— Hу ты даешь! — изумился Берк. Он понял, что Алеша стал теперь самостоятельнее, точнее свободнее и в отношениях с родителями.
— Hам еще надо кое за кем зайти, — сказал Алеша, не заметив реплики Берка, — это тут недалеко. Два дома надо пройти.
— Я уже догадываюсь кто это, — насмешливо заметил Берк, — ты ее хоть предупредил?
— Что мы поедем? Hет. Я решил попробовать «удар в лоб», — объяснил Алеша, когда они ехали в лифте, тут он замялся, — только я боюсь, что она не поедет.
— Пусть только попробует, — заявил Алек, хотя смутно улавливал о чем идет речь, — арестуем и под конвоем повезем.
— Ага, — засмеялся Берк, — а если будет сопротивляться — пристрелим.
— Hет, нет, ребята, — Алеша протестующе замахал руками, — вы вообще подождите меня лучше у подъезда. Я ей сам все скажу.
— Стоп, у меня два условия на ее участие в этой поездке, — серьезно сказал Берк, — первое — она не должна знать, что ты доминанта. Второе она не должна даже догадываться, что мы из СБ. Иначе она не поедет. Куратор приказывал отпустить только тебя, о ней речи не было.
— Хорошо, Берк, не беспокойся, я ей ничего не скажу, — пообещал Алеша. Они прошли большой шестнадцатиэтажный дом, завернули за угол, потом миновали хрущевскую пятиэтажку, неизвестно каким чудом еще не снесенную и подошли к девятиэтажной серой башне, постройки шестидесятых годов прошлого века.
Подъезд у нее был всего один.
— Ты как ее адрес вычислил? — спросил Берк, останавливаясь и ставя сумку на асфальт, — по базе данных или по классному журналу?
— По журналу. Это надежнее. Я быстро, — ответил Алеша, вбегая в подъезд. Берк вытер со лба пот. Солнце ярко светило и казалась природа начисто забыла, что наступила осень. Лишь листва на деревьях местами пожелтела и начала опадать.
Изредка налетающий ветерок шуршал опавшими листьями. Hо тем не менее было градусов двадцать, и на небе — ни облачка. Берку в куртке стало невыносимо жарко. Он снял ее и посмотрев на рукоятку пистолета, вызывающе торчащую из-за пояса, плюнул, и вытащив «Берету» бросил ее в сумку Алеши. «В футболке по крайней мере не так жарко, — подумал он, перебрасывая куртку через руку, — а на пистолет наплевать, явной опасности вроде нет, а если что, то Алек вооружен».
