Сглотнула слюну, тихонько отодвигая одеяло. Осторожно, будто боясь спугнуть саму себя лишним шорохом или движением, подтянула подол и без того задравшейся сорочки...
Снова прислушалась к тишине...
Я слишком хорошо знала собственное тело - в нынешнем состоянии мне будет достаточно нескольких минут, даже меньше. Лишь бы Лука не заявился раньше...
После ухода Глеба я редко занималась самоудовлетворением - почему-то было невыносимо стыдно и обидно, до соплей и истерик. Ибо я каждый раз представляла, что вот сейчас, пока я тут унизительно пытаюсь наедине с собой выжать крохи удовольствия, Глеб там по полной осчастливливает свою Оксанку всеми возможными способами...
Но в нынешних обстоятельствах должно стать легче - в конце концов, теперь я тоже не одна. Уже не брошенная разведёнка... Пусть даже я связалась с каким-то сомнительным многодетным мужиком, но сам факт замужества многое меняет в моём восприятии...
Глубоко втянула носом воздух. Сдвинулась на край постели, подальше от икон... Прикрыла глаза, дабы не видеть их совсем. Чуть раздвинула ноги, аккуратно прикасаясь ладонью к промежности и прислушиваясь к собственным ощущениям...
С удивлением замерла, поражаясь тому, сколько тягучей густой влаги там скопилось за это время. Едва заметно улыбнулась, чуть усиливая давление и без остатка погружаясь в знакомое состояние возбуждения. Тихо застонала, неторопливо проникая пальцами внутрь, снова надавливая на клитор, раздвигая ноги ещё шире... Провела другой рукой по животу, сминая ткань сорочки и оголяя грудь, сжала ладонью сосок... Прогнулась в спине, кусая губы, урывками вдыхая перегретый кислород и рвано выдыхая влажный пар, наслаждаясь собственным телом и почти забытыми, но такими привычными эмоциями удовлетворения... Замедлилась, чувствуя, как внизу живота скручивается и до предела напрягается тонкая пружина. Сдавленно застонала на выдохе, уже бесконтрольно сжимая пальцы и усиливая трение... Наконец глухо зашипела, не в силах больше терпеть собственные манипуляции - выгнулась, упираясь пятками в матрас, судорожно хватая ртом воздух и содрогаясь в ритмичных конвульсиях...
Расслабленно выдохнула, счастливо потягиваясь всем телом, выпрямляя ноги и поворачиваясь на бок. Лениво разлепила ресницы...
Вздрогнула. В ступоре моргнула, отгоняя наваждение. Резко дёрнулась, принимая сидячее положение и одним махом натягивая сорочку до самых лодыжек, краснея так, будто надеялась сгореть на месте. Зачем-то метнула взгляд в сторону икон, вновь растерянно уставилась на Луку, стоявшего у изножия кровати...
Бляяяять, лучше бы я закрылась в туалете...
В направленном на меня пристальном взгляде не осталось даже ненависти. Только глухая, непроницаемая, одержимая темнота...
Ничего не сказал. Не произнёс ни звука. Молча схватил валявшуюся на спинке кровати одежду, развернулся, направился к выходу, на ходу натягивая футболку... Хлопнул дверью. Не громко, но достаточно красноречиво.
Медленно опустилась на подушку. Накрылась одеялом почти с головой, положила ладошку под щёку, шмыгая носом... Нет, реветь я больше не собиралась, оно само как-то...
Промокнула беззвучные слёзы краем пододеяльника. Устроилась поудобнее...
Стыдно? Пожалуй, уже нет. Чувства притупились настолько, что по большому счёту стало просто плевать...
Закрыла глаза. К счастью, вырубилось почти сразу...
Ночь в чужом доме казалась тревожной и бесконечно долгой. Беспокоили не шорохи или ночные звуки деревни - к ним я уже почти привыкла. Тревожила тишина. Полная и абсолютная. Будто все вымерли в этой чёртовой общине, а я за какими-то лешим осталась...
Просыпалась урывками, машинально поднимала сонные глаза на соседнюю подушку - она была пуста. Лука так и не пришёл больше... И это тоже казалось смутно неправильным и обидным - неужели он уже определил, что как жена я ему совершенно не подхожу?! Пожалел о том, что так скоропалительно женился, раз ему так сложно спать со мной в одной постели, как положено? Или всё-таки он тоже банально отвык от женского общества...
...Утором разбудила Лиза.
Тихонько потеребила меня за плечо, несколько раз неуверенно позвала по имени...
С трудом разлепила ресницы, щурясь от яркого дневного света. Честно попыталась улыбнуться пересохшими губами, чувствуя, как безжалостно ломит затылок и виски после пережитого накануне...
- Вставайте, - девушка обеспокоенно отступила на шаг, машинально сложила руки в умоляющем жесте. - Папа велел не будить Вас рано, но скоро обед... - она потупила глаза. - Он сказал, чтобы еду мы ему на работу принесли, чтобы я Вам показала... - она сникла ещё сильнее. - И чтобы обед Вы сами приготовили... А я...
От этой сбивчивой болтовни голова разболелась только сильнее. Господи, да что ж так сложно-то...
- Лиз, погоди, - я на секунду прикрыла глаза. - Ты... Иди. Я сейчас встану, схожу в туалет, в ванную, покур... Схожу проветрюсь на пять минут, и тогда ты мне всё-всё объяснишь, ладно? И... - спина внезапно похолодела от кольнувшей неприятной мысли. - Лиза, а кофе в доме есть? Ты... Папа пьёт кофе?