- Когда тебе кто-то дает, то не из жалости, и ты это отлично знаешь.
- Но ты мне давать не хочешь.
- Это не из-за твоего национального своеобразия или его отсутствия. Меня дома ждут два мужика. Два - это на одного больше, чем нужно. Три - это уже ни в какие ворота.
- А почему Эдуард их не любит?
- Один из них вервольф, а другой вампир.
Я это произнесла будничным тоном, но при этом смотрела на него, чтобы увидеть реакцию. У него отвисла челюсть.
Наконец он смог закрыть рот и произнести:
- Ты - истребительница, ужас нежити. Как ты можешь вязаться с вампиром?
- Я не знаю, как ответить на этот вопрос даже самой себе. Но сейчас я с ним совсем не вяжусь.
- А вервольфа ты принимала за человека? Он пытался притвориться?
- Поначалу, но очень недолго. Когда я с ним легла, я знала, кто он.
Бернардо тихо присвистнул.
- Эдуард монстров ненавидит. Но я думал, ему плевать, если с ними спит его помощник.
- Не плевать. Не знаю почему, но это так.
- Так что он думал? Одна ночь со мной так тебя переменит, что ты отречешься навек от монстров? - Он внимательно изучал мое лицо. - Я слыхал, оборотни умеют менять форму тела по желанию. Это правда?
- Некоторые умеют.
Мы уже были на окраине Альбукерка, где торговые ряды и рестораны.
- А твой любовник может?
- Да.
- И умеет менять форму всего тела, когда захочет?
Я почувствовала, как краска заливает шею, лицо, и ничего сделать не могла.
- Значит, умеет! - засмеялся Бернардо.
- Без комментариев.
Он еще немного посмеялся про себя, очень мужским хохотком.
- А твой вампир стар?
- Четыреста с лишним лет, - ответила я.
Мы уже миновали торговые ряды и свернули в жилую часть города, подъезжая к первому ориентиру, который Эдуард мне указал. На дорогу ушел почти час светлого времени. Я чуть не проехала поворот к дому Никандро Бако, но если я права, если тварь, с которой мы имеем дело, совсем новый тип нежити, о котором я даже не слышала, то неплохо было бы иметь в компании еще одного некроманта. Насколько можно было судить, у этой нежити местная специфика, и Бако может знать о ней больше меня. Я свернула и увидела в зеркало заднего вида, что Рамирес едет за мной. Мы давно мчались, превысив скорость.
- Можешь последить за направлением? - спросила я.
Бернардо не ответил, только взял с приборной доски листок и начал читать названия улиц.
- Пока что ты едешь правильно, и какое-то время можно не волноваться. Вернемся к нашей маленькой беседе.
- А надо? - скривилась я.
- Давай я назову вещи своими именами, - предложил Бернардо. - Ты спишь с оборотнем, который так управляет своим телом, что может сделать любую его часть... больше.
- Или меньше, - добавила я.
Я считала про себя светофоры - не хотела пропустить поворот. У нас еще есть время повидаться с этим типом и успеть в больницу до темноты, но только если не заблудимся.
- Ни один мужчина не станет делать это меньше в момент секса. Кем бы он там ни был, а прежде всего он мужчина.
Я пожала плечами. Обсуждать с Бернардо размеры Ричарда я не была намерена. Обсуждала я это только с Ронни, и при этом мы жутко хихикали, когда она сообщала мне пикантные факты о своем любовнике Луи. Как подсказывает мой опыт, женщины делятся друг с другом более интимными подробностями, чем мужчины. Мужчины больше бахвалятся, но женщины вдаются в мелочи и больше делятся переживаниями.
- Да, так о чем я, бишь? - сказал Бернардо. - А, да. Ты спишь с оборотнем, который умеет по желанию увеличивать или уменьшать любую часть тела.
Я заерзала на сиденье, но все же кивнула.
Бернардо довольно улыбнулся.
- И еще ты спишь с вампиром, который занимается сексом уже четыреста с лишним лет. - У него вдруг появился деланный британский акцент. - Нельзя ли предположить, что в настоящий момент он весьма искусен?
Схлынувшая было краска вновь вернулась и обожгла лицо. Я почти хотела, чтобы быстрее наступила темнота и можно было спрятаться.
- Да.
- Ну, блин, подруга, я это тоже умею, но вряд ли так хорошо. Я всего лишь бедный смертный. С повелителем нежити и человеко-волком мне не состязаться.
Мы въехали в квартал, который вдруг показался пустынным. Бензозаправки с зарешеченными окнами, повсюду расползаются граффити, как заразная болезнь. На другой стороне улицы лавки с закрытыми ставнями и тоже граффити. День был все еще полон отраженного солнца, но почему-то свет толком не попадал в улицу, будто что-то удерживало его. Кожа у меня на спине покрылась мурашками так, что я вздрогнула.
- В чем дело? - спросил Бернардо.
Я покачала головой. Вдруг пересохло во рту. Я знала, что мы приехали, еще раньше, чем Бернардо сказал:
- Вот оно. "Лос дуэндос" - карлики.
