Внимательно осмотрев стены и осторожно притронувшись к каменной кладке, молодой эльф, шумно выдохнул и переступил порог, опасливо прикрыв голову рукой. Киран удивленно приподнял бровь.
— Симфы еще те шутники, — расплылся в улыбке Заорг. — Вдруг камешком бы приложило. Королю до задницы — он же король… — развел руками эльф. — И старуху твою похитил.
Киран повернулся и зло выругался: ни Этрика, ни повитухи рядом уже не было. Загорающиеся и тухнувшие факелы на лестницы, указывали на то, куда девались его спутники.
Киран и Заорг нагнали короля и повитуху уже у покоев магистра замка. Пока мужчины зло пререкались у дверей, старуха проскользнула в комнату. А когда вернулась, Заорг все еще пытался разнять, готовых вцепиться друг в друга союзников.
Нари сделала это одним взглядом. Киран и Этрик мгновенно заткнулись и уставились на ее удрученное лицо.
— Не в силах я помочь тут, — уныло сказала женщина. — Не просто… на магии замешано. Как и нет ничего, но чую, что неладно. Помрет, госпожа.
И старуха поплелась к выходу, не дожидаясь ни провожающих, ни ответа.
У Кирана сжалось сердце, предчувствуя беду. Этрик стал настолько белым, насколько позволяла темная кожа.
— Я убью тебя, сволочь ты такая, — еле выговорил Киран.
Этрик молча вошел в покои магистра замка. Киран поспешил следом.
Маргарита сидела на постели в одной ночной рубашке. На ее лице не отражалось никаких эмоций, кроме крайней усталости. Только посмотрела с упреком на своего главнокомандующего и с мрачной решимостью на эльфа.
— Попробуй только приказать мне, — рыкнула она Этрику.
Бледность так и не сошла с лица эльфа. Он замер на месте и не сводил с Маргариты испуганного взгляда. Кирану хотелось ему от души врезать, хоть раз. Просто скинуть охвативший его ужас.
— Не трогай, — рыкнул на него Заорг. — Этрик в трансе, — и мрачно добавил, — Сканирует. Аура мутная — даже я вижу.
— Да нормально со мной все, — не выдержала Маргарита. — Валите отсюда — отдохнуть надо.
— Молчи, — рявкнул вдруг Киран. — Не нормально ни фига. Старуха сказала…
— Бездна, Кир, у меня магическая беременность, а ты мне повитуху приволок. Что она может знать?
Этрик вдруг встрепенулся и едва не рухнул от накатившей слабости. Заорг едва успел подхватить короля. Замок жестко отреагировал на его магическое сканирование и практически истощил силы темного эльфа.
— Ты нарушила заветы предков… Бездна и все ее демоны, глупая жалостливая женщина — ты нарушила заветы ваших хилфлайгонских предков. Это просто невозможно.
Он рухнул в кресло и закрыл лицо руками.
— Идиотка! — не стеснялся он в выражениях. — Просто дура! Ну ладно бы простуду вылечила… Да хрен с ним ауру убийством, если запятнала. Так нет же, нет… ты сделала именно это.
Он застонал, не отнимая от лица рук.
Киран и Марго непонимающе уставились на него, а Заорг помрачнел еще сильнее, видимо, понимал о чем идет речь.
— Что, мать его, это значит?
— За кого ты добровольно согласилась умереть? — отняв руки от бледного лица, спросил Этрик, глядя на Маргариту.
— Я не понимаю… — пробормотала Марго в ответ. — О чем ты?
— О чем я?! — заорал эльф. — Кому, мать его, ты спасла жизнь, обменяв на свою?
— Да о чем ты, Бездна и ее демоны, — закричала в ответ Марго.
— Заорг, объясни… сил нет. Замок меня просто выпил.
Эльф кивнул. Киран никогда не видел у него настолько мрачного выражения лица. Почувствовал, что и у него ноги подкашиваются. Не спрашивая разрешения, сел рядом с Марго и обнял на плечи. У Этрика не было сил даже на злость. Киран мог поклясться, что не в магической слабости дело, король эльфов выглядел морально сломленными.
— Что ты знаешь о законах магии хилфлайгонов, Марго? — едва слышно спросил Заорг, так и оставшись стоять в центре покоев, не глядя ни на поникшего короля, ни на испуганного главнокомандующего. Его взгляд, наполненный жалостью и упреком одновременно, был направлен только на расстерянную Маргариту.
— Нельзя убивать — убивший теряет магию самоисцеления, — тихо ответила Марго.
— Этот запрет ты тоже нарушила, я знаю… Но есть еще запреты. Нельзя исцелять природные заболевания.
— Ну это ерунда, все мои предки нарушали этот запрет.
Этрик застонал в кресле. А Киран крепче сжал плечи своего магистра. Он не понимал еще ничего, но чувствовал, что все хреново.
— Да, нарушали, — согласился Заорг. — И отбывали наказание, не замечая этого. Хилфлайгон не исцеляет природную болезнь, а забирает на себя. Вылечила простуду — заболела простудой. Когда аура не подпорчена убийством — это все легко проходит. Ну заболела — организм быстро исцелился, хилфлайгон этого и не заметил. Поэтому по сути целители неба не особо придавали этому запрету значение. Но… ты же нарушила оба запрета. Твоя аура в крови, и исцелила ты, видимо, далеко не простуду. Та… женщина, скорее всего должна была умереть и это было естественно. Но вмешалась ты… Ты сама себя прокляла. Забрала ее смертельную болезнь.
Киран выругался, вспомнив официантку Ранори. Госпожа спасла ей жизнь при родах. И теперь Марго при родах умрет. Его начало трясти.
— Как… как исправить? — испуганно спросил он.
