Маргарита молча позволила эльфу себя обнять. К ее великому неудовольствию ей было иногда слишком хорошо с ним, слишком спокойно. Она как природа жалась с своему повелителю. Возможно дело в дочери, а может и нет… Все-таки король эльфов всегда волновал ее сердце, даже когда с целеустремленностью сумасшедшего пытался ее убить. А теперь вот готов стать совсем темным и убить невиновного, чтобы спасти ее.
— Киран целовал тебя, — недовольно проворчал Этрик ей на ухо.
— И с чего ты это взял? — устало вздохнула Маргарита, вспоминая те два поцелуя, в ночь, когда она узнала о проклятии.
— Ты пахнешь им… сильно… Я слышу и мне неприятно.
— Ты по запаху определяешь, чем я занималась? — недоверчиво фыркнула Маргарита.
— Почти… Пахнет твоя аура и когда вступает во взаимодействие с другой аурой ее запах меняется. И да… я могу унюхать любого, даже полукровки наделены такой способностью.
— Ужас, — рассмеялась Маргарита. — А я думала у меня сложная жизнь, там тяга помочь ближнему или убить… а тут некоторые оказываются ежедневно вынуждены нюхать ауры.
Этрик не разозлился, чего в принципе и добивалась Маргарита. К своему неудовольствию девушка поняла, что эльф смеется.
— Никогда не думал об этом в таком ключе, — сквозь смех ответил король эльфов. — Для нас это естественно.
— И как я пахну? Не воняю хоть? — усмехнулась Маргарита.
— О-о-о-о-о, — протянул эльф. — У тебя очень сложный запах: грозы и морского ветра, очага и пожара, урагана и легкого бриза, немножно леса и маргариток, а еще… сейчас… запах Бездны, — печально закончил он. — Запах проклятия… и вот в этой симфонии запах волка совсем не к месту…
— Это ты на Кира намекаешь? — хмыкнула Маргарита. — Что ж так грубо, сказал бы так же красиво запах там лесного хищника, еще чего-нить…
Но Этрик не дал ей договорить, развернул к себе и поцеловал. И Маргарита поняла вдруг, что Этрик никогда не целовал ее по-настоящему. Тогда в эльфийском лесу, он просто снисходил до нее. Да, занимался с ней любовью, мастерски дарил ласки и поцелуи, но в них не было чувств. А этот Этрик, коронованный король эльфов, целовал ее с любовью. И Маргарита поняла, что эта любовь истинная. Услышала песню… он снова пел песню, а природа ему вторила. Голова кружилась, поцелуй казалось длился вечность и опьянял. И когда Этрик отстранился и поймал ее взгляд, Маргарита покраснела.
— Ты слышала? — едва слышно спросил Этрик, смущаясь.
— Ты снова пел мне песню и пытался очаровать, — разочарованно ответила Маргарита.
— Нет… не пытался, — отвел глаза эльф. — Лес сам пел… отзывался на мои чувства. Это не была попытка тебя очаровать. На мою беду, я, кажется, совершил самую большую ошибку в своей жизни — влюбился в человека, пусть и со всех сторон полукровку.
Маргарита молча опустила глаза, не зная, что ему ответить. Сказать, что тоже влюблена. Нет, она не могла. Ее очень тянуло к этому эльфу, с ним было легко, хорошо, спокойно. Сердце замирало от его прикосновений и поцелуев, наверное, в другое время она бы решила, что это любовь. И мысль о том, что Этрик исчезнет из ее жизни, разжигала пожар в груди. Но… что же она тогда чувствует к Киру? Что? Нельзя же любить двоих. А без Кира она не представляла своей жизни, хотя вполне могла представить его в постели с другой или спокойный сон в его объятиях без мыслей о близости.
— Я сравнял шансы, — усмехнулся эльф, поняв её замешательство.
Маргарита непонимающе подняла бровь.
— Киран целовал тебя, я тоже имел право на поцелуй.
— Киран целовал меня дважды, — сама не поняла зачем, фыркнула в ответ Маргарита.
Этрик пожал плечами и через мгновение его губы снова коснулись ее в поцелуе. И Марго приняла его с удовольствием.
— Теперь сравнялись? — насмешливо спросил Этрик. — Ну и кто же лучше целуется?
— Иди ты в Бездну, — фыркнула Маргарита и хотела оттолкнуть наглого эльфа, но он не позволил.
— Не стоит злиться, Маргаритка, ты сама виновата в такой ситуации. Не можешь выбрать между двумя мужчинами. В другое время я бы просто убил соперника и все. И мне было бы плевать на твои чувства к нему. Но сейчас я понимаю, что это, наверное, не любовь. Мне неприятно в этом признаваться, но я бы себе не простил тех слез, которые ты бы выплакала по Кирану. Но его я терпеть не могу, не обольщайся, — фыркнул он, заметив ее улыбку. — И пока твой илар-смертник не явился, я хотел с тобой еще кое-что обсудить.
Этрик усадил ее на траву, а сам сел сзади, заключая ее в объятия. Трава принялась ластиться к его ногам, как домашний любимец. Маргарита удивленно потрогала ее. Травинки ускользали из пальцев и льнули к королю эльфов.
— Это иногда раздражает, — хмыкнул ей на ухо Этрик. — Особенно, когда липнуть всякие колючие кусты начинают. Но это редко бывает, все от настроения зависит. Вот с тобой мне в терновник точно ходить не следует.
— Ты о чем-то поговорить хотел? — напомнила Маргарита.
— О проклятии, — со вздохом ответил эльф.
— Я не позволю убить женщину, я же сказала.
— Это, конечно, лучший вариант, но я не об этом сейчас.
Этрик пришлось крепко сжать ее в объятиях, чтобы она не вскочила, выражая свое негодование.
