Соломон опустился на окно башни и принялся ждать. В темноте ночи его тело сливалось с камнями, и живой ворон казался лишь барельефом на стене.
Громкий крик часового известил о наступлении полночи. Последовал приказ гасить огни. Раскинувшаяся у замка деревушка быстро погружалась во мрак. Через пару дюжин тактов за окном светила лишь луна. Её холодный свет отражался в одиноко стоящем в пустынной комнате зеркале.
Дверь еле слышно заскрипела, и в комнату бесшумно вошел человек. Соломон от неожиданности вздрогнул. Ночной посетитель направился прямо к окну. Лунный свет осветил лицо мужчины, и Соломон узнал в нем магистра замка Дэниеля. Посетитель рассеяно взглянул на небо и тяжело вздохнул. Здесь молодой правитель мог сбросить маску и немного побыть собой. Тем самым растерянным и удрученным мальчишкой, которому пришлось принять власть слишком рано.
Дэниель пытался править здраво и справедливо. Рядом с ним находились верные друзья и соратники, но управление доменом оказалось слишком тяжелой ношей для парня. Соломон знал это. Он часто прилетал на одинокий ночной огонек в покоях магистра и заставал Дэниеля то над картой Симфонии, то над свитками о доходах домена, которые присылали лорды, то разбирающим в ночной тишине жалобы и прошения своих подданных. Мужчина сперва прогонял надоедливую птицу, а после начал прикармливать. И, привыкнув, иногда разговаривал с вороном, озвучивая свои проблемы, проговаривая их больше для себя в поисках выхода. Дэниель нравился Соломону. Он напоминал ворону молодого Карланта, который вынужден был очень быстро принимать власть не только над своим народом, но и над остальными жителями Симфонии. Поэтому Соломон в отсутствие старшего и более опытного советника Дэниеля тайком помогал молодому магистру в его делах: но нужный документ достанет, то наступит лапой в определенное место свитка, обращая внимание Дэниеля на прочитанное, то опрокинет чернильницу, не позволяя магистру дать добро на прошение очередного ушлого лорда. Но сейчас присутствие мужчины было некстати.
Соломон знал, что Дэна считали благородным человеком, но кто его знает, как отнесется магистр на появление из воздуха странной девицы. Ворон предпочел бы скрыть принцессу от людей, открыть ей правду, ввести в курс дела, а уже после представлять ее новым жителям Симфонии. Он уже давно присмотрел небольшой домик на краю леса, натаскал туда нужных вещей и подготовил путь перемещения девушки из замка в безопасное место. Конечно, Соломон в подготовке убежища рассчитывал не только на свой клюв и крылья. Он умело манипулировал людьми и в частности Дэниелем, заставляя его отдавать нужные приказы.
Небо вспыхнуло ярче. Принцесса вот-вот прибудет, но Дэниель не собирался уходить. Он не сводил глаз с неба. Ворон громко каркнул. Магистр вздрогнул от неожиданности и отпрянул от окна. Натолкнулся взглядом на птицу и облегченно выдохнул. Его рука, которая такт назад рефлекторно сжала рукоять меча, расслабилась.
— Это опять ты, — обратился магистр к ворону. — Наверное, живешь в этой башне? Ты напугал меня. Твой внезапный клич прозвучал как недоброе предзнаменование.
Ворон смотрел молча. Только суетливо переминался с лапы на лапу, не зная, что предпринять и как выгнать из башни такого неуместного в этот час магистра. А Дэниель продолжил задумчивый монолог.
— Ты не боишься людей. Наверное, кто-то из прежних обитателей замка приручил тебя. Ты залетаешь мои покои, ходишь по столу как хозяин. Мне даже иногда кажется, что ты подсказываешь мне решения в непростых ситуациях. Хотя это, конечно, ерунда. Уже понемногу схожу с ума из-за этого кольца и власти. Слишком рано оно мне досталось. Я ничего не успел познать. Знаешь, я ведь всегда только воевать умел, а магия, как и управление доменом, для меня темный лес. Не понимаю, почему кольцо выбрало меня? — позволил себе пожаловаться Дэниель, зная, что птица никому не расскажет о его сиюминутной слабости.
Реликвия симфов, отлитая в виде золотого усыпанного драгоценными камнями ромба, расположилась на указательном пальце правой руки магистра. Один из его углов касался верхней фаланги пальца, второй — достигал середины ладони с тыльной её стороны. В ответ на тяжелый взгляд кольцо засияло в холодном свете луны.
Магистр с унынием изучал его. И, казалось, вовсе забыл о присутствии ворона. Соломона это никак не устраивало. Ворон снова громко каркнул. Ухватил клювом рукав мужчины и настойчиво потянул. Разговаривать он мог только с симфами, являясь магическим спутником расы. И прогнать мужчину никак не получалось. Сияние становилось ярче. Соломон поднялся в воздух и забил крыльями перед лицом у Дэниеля, громко каркая.
Магистр вздрогнул и отпрянул.
— Ты, наверное, ночуешь в этой комнате. Я тебе помешал? — в ответ ворон еще раз каркнул, опустился на подоконник и забил крыльями. — Прости, сейчас уйду. В этой башне всегда так тихо. Уединение манит меня сюда. Но нужно спать, завтра опять вставать с первыми лучами солнца.
