На эту ночь мы не стали возвращаться в город, попросившись переночевать к местному священнику. А я задумалась. Пусть миряне не получают высшего образования, но они вовсе не так глупы, как может показаться по краткой характеристике. Вон, мужик вполне понимает, как проходит цикл размножения насекомых, взгляд цепкий, лукавый, а не потерянный, движения четкие, уверенные. Все миряне отлично справляются со своим хозяйством, готовы помочь соседям… и в бытовом плане совсем не выглядят идиотами или опустившимися. Скорее, наоборот. То есть получается, что их уровень действительно сдерживают искусственно, физических же предпосылок для этого нет.
— Да, многие миряне знают, чего лишаются и что получают взамен, — подтвердил священник за ужином. — И осознанно выбирают такую жизнь.
Мужчина подложил себе жареной картошки и мечтательно добавил:
— Дети — это великое счастье. Если бы я не был таким глупым… если бы раньше понял, чего лишаюсь, и смог бы остановиться — то стал бы мирянином.
— Даже несмотря на то, что дети были бы не твои? — прямо спросила я.
— Может, какой-то и моим бы и по генетике был, — улыбнулся пожилой хозяин. — А даже если и нет — зато с гарантией здоровенькие, проверенные… и все равно мои.
— Так это ты, ты же инквизитор, — возразила Ирина. — Миряне наверняка думают иначе.
— Ага, я тоже, когда был молодой и горячий, считал себя самым умным, — рассмеялся мужчина. — Потом, когда здесь поработал — многое понял. Не только мы ограничиваем мирян — они и сами себя ограничивают. Причём вполне осознанно. Вот только получается не у всех.
— Это как? — заинтересовалась я.
— Да прямо так, — кивнул священник. — Вот, например, тут: семеро последних монахов, которые вышли из моей деревни… никто из них не хотел быть монахом.
Мы с Ириной недоумённо переглянулись.
— …Но они не смогли сдержать любопытство. Хотя и никуда не лезли, ничем лишним не занимались, однако всё равно слишком много думали — в результате стали бесплодными. А ведь среди них уже две пары было, о детях мечтали, — сочувственно добавил хозяин. — Домечтались до того, что сейчас даже намолить не получится — минимум лет семь. Вот и уехали учиться, чтобы от горя отвлечься.
Сначала я не очень-то поверила словам инквизитора, но невольно уделила ещё больше внимания местным жителям. И чем дальше, тем сильнее понимала, что, может, священник и лукавил, но не лгал прямо. Миряне выглядели счастливыми. Полностью удовлетворёнными той жизнью, которую ведут. Настолько, что невольно закрадывалась мысль — а, может, действительно, их не тиранят, и выбор жизненного пути идёт не по принуждению, а по доброй воле? Ведь миртарцам действительно приходится делать тяжёлый выбор: или продолжение рода, или образование и более продвинутая жизнь.
В последние двое суток пребывания в Миртаре нам пришлось отказаться от учёбы и заниматься только обходом ещё непосещённых, к счастью, близких, коротких путей — выяснилось, что мы недостаточно хорошо распланировали время. Но всё-таки успели уложиться в срок и за оставшиеся несколько часов удалось в последний раз посетить службу в храме, а потом прогуляться по Святограду. Прошло не так много времени, но я уже привыкла к спокойной жизни и мирной обстановке, поэтому покидать город и страну не хотелось. С другой стороны, сейчас мы тут в качестве гостей, а изнутри система может выглядеть иначе. Усмехнувшись, отогнала неуместные мысли. Тартарская привычка — чуть приходится делать нечто нежеланное, как тут же вылезают варианты и сомнения — в том числе для того, чтобы успокоиться, сделать более привлекательным и оправдать неизбежное. А если смотреть прямо — то сейчас у меня просто нет выбора. Вот если… когда доучусь, отработаю и смогу выбирать, где поселиться — тогда и стоит размышлять на эту тему. Пока же нас ждёт Древтар. Возможно, он покажется ничуть не менее привлекательным.
8 – 9 ноября 617134 года от Стабилизации
Орилес, Древтар
До следующей страны добрались на поезде всего за сутки и без каких-либо происшествий, если не считать таковыми несколько резких перепадов гравитации при переходе через короткие пути. Самое паршивое — почти все они собрались кучно и в конце поездки. Из-за них даже у меня самочувствие ухудшилось, многие студенты вообще слегли, и только Ликрий взбодрился и наслаждался жизнью. Поэтому и на перрон наша группа не вышла, а почти выползла, сразу усевшись отдыхать на брошенные тут же вещи или рядом с ними.
— Надо бы привыкать к такой жизни, самоубийцы, — посмеялся над нами возмутительно бодрый Фуньянь. — А то вот смотрю и вижу — подготовка тела у большинства недостаточная. Даже у некоторых живучих химер.
Сжав губы, я бросила на красавчика хмурый взгляд.
— Надеюсь, вы не думаете, что во время работы на другом конце короткого пути вас будет ждать безопасное место отдыха? — продолжал изгаляться эрхел. — Посмотрите хотя бы на Ирину — вроде самочка, более слабая по меркам своего вида, а держится лучше многих.
— Homo — вообще выносливые твари, — проворчал кто-то.
