— Кстати, Дамиан, — не дождавшись ответа, решил оповестить его Мир. — Мы приняли заявку леди ИуренГаарских, официально включая в число претендентов для императорской Гвардии.
— Я её даже близко к этой работе не подпущу, — необычайно низким голосом ответил тот. — Делайте, что хотите. Всё равно будет так, как я пожелаю.
Ринмеаль отложил бумаги, задумчиво покрутил карандаш в руках:
— Послушай, Дамиан, — сдержанно заметил он. — Мы ведь поняли, что ты… заинтересован. Но кроме этого порыва уберечь девушку, что ты намерен делать?
— А что, много вариантов?
Друзья за столом переглянулись. За исключением Пратенгиша, продолжающего со скучающим видом чертить крестики на полях чьего-то отчёта. Сейчас он мысленно отгонял будущую реакцию дотошного и скрупулезного Ринмеаля, когда тот заметит, как он любил выражаться, детские выходки неразумного.
— Мы подумали, ты настроен серьезно, — не сразу понял Миркелий. — Раньше ты так никогда не реагировал на женщин. Поэтому, может тебе стоит подойти к делу чуть иначе?
— Это ты так деликатно предлагаешь мне… что? — Небрежно бросил наследник Дархэнаатра. — Говори прямо, у меня на языке вертятся крайне неприличные эпитеты.
— Дамиан, фарх возьми, ты собираешься жениться на леди Алеминрии ИуренГаарских?!
Резкий громкий вопрос заставил его удивленно вздёрнуть брови. И наконец-то повернуться к остальным.
— Зачем мне это?
Ринмеаль непонимающе разглядывал друга, не до конца веря в то, что тот даже не задумывался о таком варианте. Кажется, дела ещё хуже, чем они наметили.
По лицам демонов, Дамиан понял, о чем те решили. И глухо хохотнул, натягивая на высокомерные черты лица маску уловимого презрения:
— Вы… что себе успели надумать? Что от одного взгляда на девчонку, я стану другим? Что у меня, даже не знаю, проснётся там… бесконечная любовь, чистая благородность и стремление завести синеглазых детишек? О, Боги, что за бред…
— Твоя ненормальная реакция на девушку объясняется очень легко, Дамиан.
— Стой-стой, ничего не говори! — Тот быстро повысил голос, издевательски прищуриваясь. — Уверен, что угадаю. Единственная пара, попал ведь?
Остальные разумно промолчали.
— Высший балл мне за сообразительность, — хмыкнул Дамиан, хлопнув в ладоши. — Итак, что дальше? Вы настолько хотите запудрить мне мозги, что готовы подсунуть любую красивую мордашку?
— То есть, леди Алеминрия для тебя просто одна из любых красивых мордашек?
— Нет, не спорю, девчонка мой личный сумасшедший афродизиак, — обманчиво спокойно согласился мужчина. — Но знаете, как я буду решать эту проблему? Классически. В моем неповторимом проверенном стиле.
— Отвратительно, Дамиан, — не сдержался Ринмеаль, приподнимаясь с резного тяжёлого стула. — Ты оскорбляешь само предназначение единственной пары. Даже встретив её, специально пытаешься изображать из себя…
— Себя! — Громко заключил тот, вскидывая щетинистый подбородок. — А чего ты ждал, Ринмеаль? Что я стану влюблённым болваном? Я всегда подчеркивал свои мотивы и не откажусь от них даже сейчас. Ничего не поменялось.
Он перевёл взгляд на молча сидящего Миркелия.
— Я — наследник первородного дома Дархэнаатра, высший демон, — излюбленно напомнил свой статус Дамиан. — Я не променяю своё положение, новую власть и будущих сильных наследников от брака с чистокровной демонессой на очередные раздвинутые передо мной ноги. Чьи бы они не были.
Ринмеаль, единственный из Высшего круга, уже встретивший и выбравший свою единственную пару, сейчас начинал злиться. Он один понимал, что это значит; один осознавал, кем способна стать для демона любимая женщина. И изо всех сил сдерживался, чтобы не врезать огненному ублюдку. Дамиан переходил черту много раз, сейчас же, словно специально провоцируя и намеренно унижая существующее.
— Я не знаю, что такое есть в этой девушке, — честно заметил лорд-демон Вефириийск. — Может, всё дело в ней, и ваша сказочная единственная пара тут совсем не причём. Любить я не готов, никого. И Алеминрия ничего не изменит.
Обвёл привычно надменно-снисходительным взглядом остальных, безразлично дёрнув плечами.
— Я желаю её, желаю неимоверно сильно, что тут скрывать. И готов рвать глотки каждому, кто позволит на неё позарится. Но это всё. Оставьте свои надежды при себе, так будет лучше. Я развлекусь и остыну, что тут ужасного? Всё как всегда. Алеминрия будет покорной сладкой малышкой, верно ждущей меня в спальне длинными ночами, но рано или поздно это пройдёт. Всегда проходило, разве обычная магичка способна дать высшему демону что-то большее?
Ринмеаль не выдержал. Рыкнул сквозь стиснутые зубы, сжав в руках исписанные бумаги, устремив на него полыхающие изумрудными всполохами глаза. Пратенгиш и Миркелий молчали, очевидно приняв более благородную сторону.
— Придёт день и ты жестоко заплатишь за свои слова, Дамиан, — внятно процедил демон земли, выпрямляясь. Терпеть эти разговоры он больше не желал. — Вот только никто из нас не будет на твоей стороне. Твоя вина, а значит, будешь рассчитываться сам.
— Мм, я даже запишу.
Гаркнув, Ринмеаль поспешил выйти из гостиной. Желание ударить Дамиана становилось непреодолимым.
