Ну и ладно. Пусть шериф Томпсон катится к черту. Он сам пойдет в пещеру. Да, он побывал там всего раз, да, он не специалист, но по крайней мере он знает, куда идет, и подготовился.
Если никто не собирается искать девочек, он сделает это сам.
На этот раз, когда Сэм и Дин подъехали к дому, машина стояла на месте, но дверь Киннамон открыла не с первого звонка. Под ее глазами залегли темные круги, словно она плохо спала. Отступив, Киннамон поманила братьев внутрь. У нее за спиной кошки промчались по коридору и исчезли в глубине дома.
– Входите.
– У вас все хорошо? – не сдержался Сэм.
– Все нормально, – отозвалась она. – Просто странные сны снились, только и всего. – Она пристально взглянула на братьев. – Я уверена, эти сны как-то связаны с вами, но не могу в них разобраться.
– Увидели что-нибудь интересное? – спросил Дин.
– Возможно. Принести вам, мальчики, что-нибудь попить? Вы уже завтракали?
– На оба вопроса да, – отозвался Дин. – У вас есть что-нибудь кроме кофе?
– Лимонад и чай. – Она жестом пригласила их в гостиную. – Лимонад домашний.
Кивнув, братья уселись. Спустя несколько минут Киннамон вернулась с двумя высокими стаканами.
– Он уже сладкий. – Она осторожно опустила стаканы на подставки и устроилась в кресле-качалке. – Полагаю, вы хотите мне что-то показать?
Сэм кивнул, достал из кармана куртки розовый брелок с черепом и покачал им перед Киннамон.
– Я вынес его из подвала с вещдоками. С трудом. Шериф Томпсон трясется над всем этим добром как над сокровищами Тутанхамона. В дальнем углу, в запертой части подвала в здании управления шерифа лежит огромная куча вещей. Я сдернул брелок с рюкзака из этой кучи. Там ни бирок, ни документов. Томпсон утверждает, что владельцев найти невозможно.
– Врет, – холодно сказала Киннамон. – Всегда можно отследить владельца вещи.
– Постойте-ка, – проговорил Сэм. – Всегда, говорите? Хотите сказать, что…
– Да, – ответила Киннамон. – Я могу с помощью предмета узнать что-то о пропавшем человеке.
На мгновение оба брата потеряли дар речи.
– Ого, – наконец выговорил Дин.
Киннамон сцепила беспокойные пальцы.
– Сейчас нам это не поможет. Их… нет.
Сэм подался вперед.
– Что значит «нет»? Они погибли?
Киннамон смотрела куда-то вдаль.
– Не уверена, – призналась она. – И не могу сказать точно, пока не коснусь чего-то из их вещей. Но… да. Я почти наверняка уверена, что все они погибли. Считайте это интуицией.
Сэм наклонился и передал ей брелок.
– Тогда вот. Берите. Скажите нам, что вы видите.
Киннамон потянулась за брелоком, потом помедлила. Ее пальцы подрагивали в воздухе, будто она решила, что, если дотронется до чего-нибудь, ее ударит током. Спустя несколько секунд она сжала зубы и обхватила пальцами маленький розовый череп.
На какой-то мимолетный момент Сэму показалось, что он видит глазами экстрасенса. Потом он убрал пальцы с брелока, и Киннамон забрала безделушку. Прикрыв ее другой рукой, она прижала руки к груди и закрыла глаза. Жест мог бы показаться театральным, но не в исполнении Киннамон. На ее лице промелькнула боль, глаза зажмурились так плотно, что на висках проступили жилы.
– О, – тихонько простонала она.
– Что вы видите? – жадно спросил Дин.
– Это… сложно описать, – тихо отозвалась она. – Очень темно и холодно. Все мокрое.
– Вы видите, кому принадлежит брелок? – поинтересовался Сэм.
– О нет, – слабо проговорила Киннамон. – Боже… Нет! – ее голос сорвался на крик.
Извернувшись в кресле, она дернулась назад, будто пыталась от кого-то увернуться. Она снова закричала и начала словно отбиваться от чего-то невидимого. Ее крики становились все громче и мучительнее, а потом Сэм выскочил из кресла и вырвал брелок из ее сжатых пальцев.
– Киннамон, возвращайтесь! – закричал он, выронил брелок на ковер и схватил Киннамон за плечи. – Возвращайтесь! Сейчас же!
Сэм легонько встряхнул ее раз, другой. Киннамон распахнула глаза, хотя долгий пугающий момент казалось, что она не понимает, где находится.
– Что? – прошептала она. – О… – Она окинула взглядом Сэма и Дина и, прежде чем те успели заговорить, просто сказала: – Много крови. И так много боли.
– Чьей? – потрясенно спросил Сэм. – Можете сказать?
Киннамон кивнула и указала на брелок на полу.
– Он принадлежал женщине по имени Роуз Фостер. Она из Чикаго. Сбежала оттуда еще подростком и пристрастилась к наркотикам. Очутилась здесь, потому что севернее приближалась зима.
– Когда это было? – спросил Дин.
– Около года назад. Ей был тридцать один год. Наркоманка. Чтобы заработать, спала с дальнобойщиками.
Дин нахмурился.
– Не припомню, чтобы видел ее имя в списках пропавших.
Киннамон покачала головой.
– Она сбежала из дома шестнадцать лет назад. Родители считали ее обузой. Они порадовались, когда она исчезла, и не обращались в полицию.
– Паршиво, – заметил Дин.
Сэм выжидательно взглянул на Киннамон.
– Так что же с ней случилось?
– Подробностей не знаю, – откликнулась та. – Как я уже сказала… Много боли и ужаса. А потом просто… темнота. – Она снова нашла взглядом брелок. – Я только знаю, что он принадлежал ей, а не девочкам, которых вы разыскиваете.
Сэм сел, стиснув челюсти.
