– Руку подают стоя, Владимир. Это так, на будущее. Борис, очень приятно. Можно просто Боря.
– Хорошо, – он усмехнулся. Моим нравоучениям, скорее всего, ну да ладно. – Ну как тебе моя берлога, Борь?
Я осмотрел комнату.
В целом, довольно обыденная. Современный недорогой интерьер, купленный известно в каком магазине. Без изысков, но и не совсем примитив. Единственным, что совершенно не вписывалось в общую концепцию, был странный ящик неизвестного назначения, собранный в дальнем конце комнаты.
В углу около окна был сооружен странный деревянный короб, невольно вызвавший у меня ассоциации не то с сараем, не то с курятником. Несколько балок, доски и фанера в качестве стен, высотой метра в полтора, да и шириной едва ли больше. Внутрь этого «сарая» уходила кипа разномастных проводов — интернет-кабель, несколько кабелей питания, удлинители от розеток.
На дверце имелось небольшое окошко и я заглянул внутрь.
Стены изнутри покрывало что-то на подобии поролона, вырезанного острыми зубьями. То есть плитка тридцать на двадцать пять, из которой с внешней стороны торчат «зубья» пирамидок, закрывающих всю площадь этой плитки. Кажется, он так и называется — «акустический поролон». Этими плитками были обшиты и стены, и пол, и даже потолок внутри этой коробки.
Помимо «интерьерных» решений внутри так же стоял стул, стойка с микрофоном, миниатюрный ноутбук на специальной подставке — своеобразной металлической «руке», торчавшей от стены, какая-то большая чёрная коробка гитаристов, колонка, с которой они везде таскаются, обвешенная целой кипой проводов, в сетчатую «морду» которого уткнулся ещё один микрофон и штуки четыре разных гитар, развешенных по внутренним стенам на небольших кронштейнах.
Всё это освещалось лиловым светом, лившимся из-под потолка коробки от светодиодной ленты. Ещё я заметил за ноутбуком что-то странное, вроде кольцевой лампы, в центре которой… это подсветка с держателем для мобильника, что ли?
– И что это? – осведомился я, поглядывая внутрь.
– Это? Моя студия.
– Ну, я догадался, но решил удостовериться. А чего такая мелкая?
– Да я на этой едва не разорился! Но больше и не надо. Я в ней легко помещаюсь, могу стримить и записывать, что мне надо. Передаю на главный комп, вот этот, тут уже спокойно всё монтирую, свожу и прочее…
– А «форточка» зачем?
– Для света, для вентиляции. Дверь-то открытой не оставишь, пылищи налетит. Убираться там сложно, знаешь ли.
– Надо думать, – я понимающе закивал. – А подсветка такая… пёстрая почему?
– Она регулируется. Это для эфиров, что бы цветовой фон настраивать. А основной свет — вон та круглая лампа. В общем, всё отстороено под меня, как мне удобно и я всё могу делать прямо там, не выходя. Так что музыка вся изолирована, никому мешать я просто не могу!
– А я разве что говорил?
– Все говорят, – с какой-то грустью протянул парень. – Предыдущие жильцы мне весь мозг съели. А как доели — принялись ложечкой по пустой скорлупке стучать, добавки требовать. Мозгоклюи чёртовы…
– Не чертыхайся. А чего ты им сдался, если всё так хорошо?
– Ой, да они до того дошли, что им вроде как звук от моих кабелей мог мешать! Типа у меня тут напряжение такое, что к вам в квартиру звук от него проникает! То ли магнитно, то ли ещё как, якобы, «фонит»… бред чистейший!
– Ну да, бред, – согласился я. Я физику в школе учил, хоть и знал её плохо. Определённый электромагнитный фон возникнуть может, в теории, но от мобильника или микроволновки в квартире его будет в разы больше, равно как и от компа. Хотя… надо будет знакомому радиолюбителю позвонить, его версию послушать. Для очистки совести хотя бы.
И ещё кое-что надо узнать, так же для очистки.
– А что, Володь, хорошо эти штуки глушат? – спросил я, всё так же недоверчиво поглядывая внутрь коробки.
– Ну давай проверим! – предложил парень и, нагло подвинув меня плечом, полез внутрь. – В кресло сядь и отвернись.
Я сел. Посидел с минуту, но ничего не произошло.
– Ну как, слышно было?
– Слышно что?
– Вот то-то и оно. Повернись, на меня посмотри.
Я повернулся к коробке лицом. Парень сидел внутри и активно жестикулировал, махал руками над инструментом и изображал музицирование. Красиво изображал, но как телевизор без звука — не долго интересно.
– Ну это понятно, – закивал я, когда паренёк снова высунул голову наружу из своего курятника. – А чего ты её не включаешь, а просто по струнам клацаешь?
Парень надменно улыбнулся, вернулся на прежнее место и взял инструмент на изготовку, но в этот раз дверь за собой не закрыл. Провёл пальцем по какой-то крутилке на гитаре, ударил по струнам… окна завибрировали, а я — вместе с ними. «Потух костёр, завыли волки, на свитере упал олень», как говаривали в интернете. Хотя с душой, хоть и мрачновато на мой вкус. Напоминает позднюю Пантеру, когда они в грув-метал уже перешли, но ещё тяжелее и клацает что-то постоянно в гитаре. Если эта стиральная доска — ещё гитара.
– Понял? – с вызовом уточнил у меня паренёк едва закончив музицировать.
– Понял.
