Хнак был пузатый, лысый, с зависшими жиром глазками. Одеты на нем были то ли трусы, то ли подгузники, то ли что-то не совсем понятное Ляле. Он сидел на каменном троне, и устало смотрел на нее.
— Есть желание вернуться? — спросил он.
Девушка кивнула.
— Знаешь, что нужно?
— Нет, не знаю.
— Хорошо. Значит, вернем тебя. Иди в ту дверь, — указал пальцем на дверь с левой стороны от себя.
— Но…
— Что но?
— У меня есть просьба.
Хнак поерзал на камне:
— Говори.
— Вы очень могущественны, — хнак кивнул, — вы очень много можете, — снова кивок, — а можете вы вернуть вампира по имени Юрген?
— Это тот, что дал отшмякать себе голову? Зачем его возвращать?
— Ну, он пожертвовал собой ради меня…
— Ты странная прилетелка. Но раз спросила… Есть одно дело, которое может помочь, но должен будет зашмякаться кто-то другой. Одна жизнь, взамен другой.
— Но, — голос Лялы задрожал, — я не хочу, чтобы кто-то еще умер, я наоборот хотела, чтобы вы воскресили.
— Все требует оплаты. Твоя плата за жизнь Юргена, будет твоя смерть. Твоя смерть в твоем родном мире, и жизнь здесь как вампир, живой мертвец.
— То есть, на Земле я умру, а здесь стану вампиршей?
Хнак кивнул:
— Делай решение быстрее.
Легко сказать быстрее. Там родной мир, город, дом, родители, друзья, а здесь? Вампир, который сперва отдал ее этому КВУ… Но он же думал, что тот просто вернет ее… Неужели он не знал, что тот не знает, как это делается? Выходит, что нет… К тому же он пожертвовал собой, своей вечностью. Черт! Проклятье! Но ты же не умрешь полностью, будешь вечно жить здесь, рядом с ним, а там может и на Землю способ попасть найдешь… Но как же папа с мамой?… Они бы поняли…
— Я согласна!
— Вернуться?
— Согласна остаться здесь и умереть там!
Хнак почесал за ухом. Сделал улыбку и щелкнул пальцами.
Ляла почувствовала легкую боль в теле. Во всем сразу, а потом стало темно.
* * *
Зазвучал скрип. Ляла очнулась, открыла глаза. Осмотрелась по всем сторонам. Она лежит, лежит, лежит… в гробу! Вернее в саркофаге. Сперва ужас, а потом память охорошилась и она вспомнила хнака и имевшийся с ним разговор.
— Так я теперь вампирша? — Ляла поднялась. Очень легко и просто. Раз и на ногах.
— Да, ты теперь как я, — рядом стоял Юрген.
Ляла расплылась в улыбке и бросилась ему на шею:
— Живой, ты живой!
— Не полностью. Если взять сравнение с человеком, то я мертв.
— Не важно! Ты здесь! Говоришь, ходишь, ты со мной!
Они поставили глаза друг напротив друга. Глаза блестели.
— Спасибо, — сказали глаза вампира.
— Спасибо, — ответили глаза вампирши.
Саркофаг Юргена нежно терся о саркофаг Лялы. Наконец у него появилась подружка. К тому же такая красавица. Белый камень, с желтыми прожилками, чуть изогнутые, из каменного дерева ноги, покрытые завитушками, крышка с изящным изгибом и вырезанной крылатой мышью. А скоро возможно появится и маленький саркофажик или саркофажка. Это счастье?
Юрген и Ляла оглянулись на свои саркофаги. Улыбнулись.
— Пойдем варить сгущенку, — сказал вампир.
— И ириски, — добавила вампирша.
Взялись за руки и пошли. А Млак с Паком, в это самое время, прощались с Фьордомигавом, который возвращался со своим одноощеном в Преисподнюю. Когда пьёсы ушли, Пак сказал:
— Зафтра пойдем охотить Юрхена с Лялой.
— Ты думаешь, стоит это делать? Может, пойдем позже?
— Нет, нет, ты фто, я уше соскущился по нафей прилителке.
— Ты знаешь, я тоже.
— Хорофо.
— Ты когда зуб вырастешь, шипельщик кольев?
— Уше начал.
Друзья обнялись и зашли в дом. Надо выспаться перед охотой.
