— На воду, разумеется, — ответил он со смехом.
— На воду?.. — переспросила Мэдлин, весьма озадаченная ответом капитана. — И тут ей в голову пришла ужасная мысль. Судорожно сглотнув, прошептала: — Что вы задумали? Может, собираетесь бросить меня за борт… за то, что я отказалась выполнить наш договор?
Пират молча взглянул на нее и нахмурился, казалось, он задумался о чем-то, — потом вдруг запрокинул голову и громко расхохотался.
— Значит, говоришь, за борт?.. — спросил он, заглянув ей в глаза. — Взяв ее лицо в ладони, капитан поцеловал ее в губы и снова рассмеялся.
Мэдлин же тихонько вздохнула и на мгновение зажмурилась; ей казалось, что от этого поцелуя у нее закружилась голова. И еще было ощущение, что она задыхается…
— Смотри, вот они! — Капитан указал на волны за бортом. — Их-то я и хотел тебе показать.
— О Боже! — воскликнула Мэдлин. — Какие они замечательные!
Прямо перед ними вынырнули два кита, выпустив в воздух по фонтану. Через некоторое время они снова исчезли под водой, а потом опять появились, и теперь их фонтаны были даже выше, чем в прошлый раз.
— Они плывут с нами с самого рассвета, — сказал Кейн.
— Неужели?.. — удивилась Мэдлин. — Они как будто с нами играют. А может, они думают, что «Морской призрак» — один из них.
Кейн с усмешкой пожал плечами.
— Не знаю… Может быть, и так.
— Какие они удивительные! Спасибо, Ангел, что показал мне их.
Он взглянул на нее и снова сверкнул своей чудесной мальчишеской улыбкой, от которой по телу Мэдлин словно пробежала дрожь. А в следующее мгновение она вдруг почувствовала, что ей ужасно хочется его поцеловать. И еще ей хотелось, чтобы его сильные руки обняли ее, чтобы он покрепче прижал ее к своей широкой груди… «Неужели он больше не поцелует меня?» — подумала она, невольно вздохнув.
— Я очень рад, дорогая, что тебе понравились эти замечательные создания, — сказал капитан. — Выходит, я не зря пригласил тебя на палубу. — Он внимательно посмотрел на нее и, словно прочитав ее мысли, снова поцеловал.
Увы, поцелуй этот был столь же непродолжительным, как и первый. «Почему так быстро?!» — мысленно воскликнула Мэдлин. Капитан же откинул с ее щеки локон и, сославшись на неотложные дела, куда-то ушел.
Посмотрев ему вслед, Мэдлин снова вздохнула. Ей казалось, что тело ее наполнилось каким-то странным ощущением, похожим на голод. Прежде она не испытывала ничего подобного, но сейчас сразу поняла: ее неудержимо влекло к этому мужчине, к этому пирату, которому она была нужна только для мести. И было совершенно очевидно: он вовсе не отказался от своих планов, он был полон решимости заполучить ее, а сейчас перешел к действиям, то есть пытался ее соблазнить. Но думал он только о мести, и почему-то именно это беспокоило Мэдлин более всего. Вот если бы он захотел соблазнить ее… по какой-нибудь другой причине… О, тогда бы она, наверное, не возражала.
В конце дня солнце уже садилось — Кейн в задумчивости расхаживал по палубе, пытаясь найти предлог, чтобы спуститься в свою каюту. В какой-то момент он вдруг увидел Мэдлин, стоявшую у поручней, — оказывается, она снова поднялась на палубу.
Мэдлин была все в том же платье, однако прическу изменила — теперь на спину ей падала толстая золотистая коса и лишь на висках оставались длинные пряди, трепетавшие на ветру; она то и дело вскидывала руку и убирала их с лица грациозными движениями.
Кейну ужасно не хотелось признавать это, но в последние несколько часов ему очень не хватало ее присутствия на палубе. Мэдлин спустилась вниз, вскоре после того как он оставил ее, поцеловав перед этим. Стоя у штурвала, он видел, как она уходила, и ему показалось, что она о чем-то напряженно размышляла, скорее всего о его необычном поведении. И он действительно решил сменить тактику — ведь гораздо проще добиться своего, соблазнив эту красавицу. Показав ей китов, Кейн понял, что действует правильно, но кое-что в ее поведении его озадачивало, даже, пожалуй, настораживало…
Мэдлин была женщиной отнюдь не робкой и очень неглупой — в этом он уже убедился. Однако она по-прежнему чего-то боялась, хотя, казалось бы, должна была понять, что здесь, у него на судне, ей ничто не угрожает. И Кейн был почти уверен — он это чувствовал, — что она боялась вовсе не за себя, не за свою репутацию. Но тогда что же ее так тревожило?
— Как поживаешь, Мэдлин? — спросил он, приблизившись к ней сзади.
Она вздрогнула и повернулась к нему. В лучах заходящего солнца ее чудесные зеленые глаза казались еще более яркими. Девушка покусывала нижнюю губу, и чувствовалось, что она волнуется.
— Ах, у вас в каюте стало ужасно душно… — Она сделала глубокий вдох и добавила: — Я подумала, что вы не будете против, если я немного постою здесь.
— Разумеется, я не против. Но в следующий раз ты должна сообщить мне, если захочешь выйти на прогулку.
— Да, конечно, я ведь ваша пленница… Наверное, вы боитесь, что я уплыву на одном из китов, — не так ли?
Кейн хмыкнул и пожал плечами.
