— А что… что это такое? — Она указала на бочонок с водой. — Капитан Ангел подумал, что вам, возможно, захочется принять ванну. К сожалению, мы не успели как следует подогреть воду. Но вам, наверное, в такую погоду не нужна очень горячая?..
— Неужели это… Ангел вам приказал? — изумилась Мэдлин.
Эллиот снова улыбнулся.
— Да, мэм, совершенно верно. Мы сейчас принесем еще несколько ведер воды, а потом уберемся с глаз долой.
— Спасибо вам большое, — кивнула Мэдлин. Она уселась за стол, взяла горячую булочку и налила себе бокал вина.
Вскоре матросы вернулись с новыми ведрами воды и хлопковыми полотенцами. Мэдлин еще раз поблагодарила их, и они, поклонившись, оставили ее одну. Закрыв за ними дверь, она какое-то время прислушивалась, пока шаги матросов не затихли вдали, а потом с радостным визгом бросилась к бочонку и погрузила пальцы в тепловатую воду. Выходит, Ангел придумал это специально для нее! Как мило с его стороны… Какой он все-таки заботливый и внимательный.
Мэдлин съела немного рагу и остатки курицы от вчерашнего ужина, взяла свой бокал с вином, поставила на низкий табурет около «ванны» и стала медленно раздеваться.
Сняв жакет Оливии и юбку в зеленую полоску, она аккуратно повесила их на спинку стула, потом, распустив корсет, не без труда высвободилась из него. В последнюю очередь она сбросила свою поношенную сорочку и старенькие чулки, которые так и оставила лежать на полу. Приподняв волосы, она закрутила их наверху и заколола шпильками на затылке. Бочка была небольшой, но очень удобной — в ней можно было сидеть, согнув ноги. Откинувшись назад, Мэдлин со вздохом облегчения прикрыла глаза.
— Но почему же Ангел такой заботливый? — прошептала она. — Может быть, он пытается добиться моего расположения, чтобы я сдержала свое слово?
И тут Мэдлин вдруг поняла: ей ужасно хочется, чтобы это было именно так.
Кейн вошел в свою каюту и замер на пороге как вкопанный. Мэдлин, совершенно обнаженная, стояла, повернувшись к нему спиной. Чуть наклонившись, она вытирала полотенцем свою стройную изящную ножку. Осторожно прикрыв за собой дверь, Кейн молча любовался стоявшей перед ним девушкой.
В какой-то момент, очевидно, почувствовав его присутствие, Мэдлин обернулась и, тихонько вскрикнув, прикрылась полотенцем. Однако Кейн успел рассмотреть ее высокую грудь и даже успел заметить, что треугольник волос меж ног был почти таким же светлым, как и чудесные локоны, ниспадающие на плечи.
В смущении откашлявшись, Мэдлин пробормотала:
— Я… я не слышала, как вы вошли.
Кейн чувствовал, что все сильнее возбуждается, однако очень надеялся, что девушка об этом не догадается.
— Я думал, что ты ужинаешь, потому и вошел.
Мэдлин нахмурилась и пробурчала:
— Разве похоже… что я сейчас ужинаю?
Капитан с улыбкой покачал головой.
— Нет, ни в малейшей степени.
— И вы не хотите отвернуться?
Он весело рассмеялся.
— Дорогая, а почему бы мне на тебя не посмотреть?
— Грубиян! Делайте что хотите! Вы ничуть не беспокоите меня. — Мэдлин завернулась в полотенце и вышла из «ванны». Щеки ее заливал яркий румянец, свидетельствовавший о том, что она, напротив очень даже беспокоилась.
— Милая, пожалуйста, не сердись. Я ничего не видел, потому что ты слишком быстро закрылась, — с улыбкой солгал Кейн. — Мне только нужно взять карту, а потом я сразу же уйду.
— Какое облегчение… — заметила Мэдлин.
Кейн внимательно посмотрел на нее. Неужели в ее голосе действительно прозвучало разочарование? Или он просто услышал то, что хотел услышать? Как бы то ни было, он сдерживался — ему ужасно хотелось сорвать с нее полотенце и уложить ее на кровать.
— Знаете, ангел… — Она в смущении умолкла.
Он приблизился к ней на несколько шагов.
— Да, слушаю тебя, дорогая.
— Большое спасибо вам за ванну.
— Пожалуйста, милая. Надеюсь, ты довольна, — добавил Кейн, невольно поморщившись; он чувствовал, что бриджи стали ужасно тесными.
— Да, очень довольна, — кивнула Мэдлин.
В следующее мгновение она приблизилась к нему почти вплотную и, приподнявшись на цыпочках, осторожно поцеловала его в губы в знак благодарности. Разумеется, он мог бы истолковать этот поцелуй как поощрение, мог бы сейчас без труда осуществить свой замысел, но в этот момент вдруг понял, что его совершенно не интересует месть.
Едва заметно улыбнувшись ему, Мэдлин попыталась отойти, но Кейн остановил ее, зацепив пальцем край полотенца. Губы девушки чуть приоткрылись, и она вопросительно посмотрела на него. В ее огромных зеленых глазах совершенно не было страха, но не было и пылающей страсти опытной Женщины — лишь желание и неуверенность.
Да, Мэдлин желала его, доверяла ему — теперь уже в этом не могло быть сомнений. И Кейн вдруг понял, что если и лишит ее девственности, то вовсе не для того, чтобы отомстить негодяю Хью.
— Знаешь, твои глаза не совсем зеленые, — прошептал он, откинув влажный локон с ее плеча. — Сейчас мне кажется, что в глубине твоих глаз сияют серые звезды. Ты невероятно красива, дорогая.
— Вы тоже, — прошептала она в ответ, тихонько вздохнув.
Кейн усмехнулся столь простодушному комплименту, и Мэдлин, смутившись, добавила:
