Молодой человек опустил ноги на пол и поднялся с кровати. Она невольно ахнула — разгуливает перед ней в чем мать родила, и хоть бы что! Он прошел в другой конец комнаты, где лежали его вещи, и стал одеваться.
— Привыкай видеть меня в моем естественном обличье, женушка, — усмехнулся Трэй, видя ее смущение. — Тебе еще очень много раз придется наблюдать меня в таком виде. Придет время, и ты будешь знать мое тело не хуже своего собственного.
Лэйси лишь многозначительно хмыкнула в ответ и занялась своей прической. Одевшись, Трэй сказал:
— Подожди пока здесь, я схожу упакую свои вещи.
Лэйси настороженно посмотрела на него:
— А зачем?
— По-моему, ясно зачем, — ответил Трэй. — Если ты не желаешь жить у меня, то я буду жить у тебя.
— Так не получится, — Лэйси оставила в покое прическу. — Я с тобой нигде не желаю жить — ни у тебя, ни у себя.
— Послушай, Лэйси, — терпеливо заговорил он. — Теперь мы по-настоящему муж и жена и поэтому не можем жить порознь.
Молодой человек примирительно улыбнулся ей:
— Так ведь можно лучше узнать друг друга. — Ты имеешь в виду тело? — Она холодно посмотрела на него и, прежде чем Трэй успел ответить, вышла из комнаты.
Он бросился вслед за ней. Проходя мимо сидевших у камина в гостиной Булла и Руби, Лэйси невольно замедлила шаг. «Вот черт! Не удалось исчезнуть незамеченной», — подумала она.
При виде ее Булл злобно усмехнулся:
— Меня удивляет, что вы оба еще на ногах стоите, после такой ночи. Подозреваю, что постельные баталии отняли у вас все силы.
Молодой супруг, взяв Лэйси за руку, повел ее в кухню. Колкости своего папочки он пропустил бы мимо ушей, если бы тот не затронул одну пикантную тему.
— Трэй, помнишь, ты обещал мне кое-что? Ты сказал, что, если твоя потаскуха переедет сюда, я опять могу привести женщину. Ну вот, теперь твоя баба здесь, стало быть, мне пора отправляться в город за своей.
Лэйси замерла, открыв рот, а Трэй, резко повернувшись к отцу, процедил сквозь сжатые от злости зубы:
— Заткни глотку, старый черт! Лэйси — моя жена, а не потаскуха. Попробуй еще хоть раз назвать ее так, и я тебе расквашу физиономию.
Помолчав, он добавил:
— Кстати, она здесь оставаться и не думает, так что договор остается в силе — никаких женщин!
Булл молча подавил в себе гнев, решив, что лучше с Трэем сейчас не связываться.
— Как только позавтракаем, я сразу же отвезу тебя домой, — сказал Трэй.
Они поели яичницу с беконом и выпили кофе.
— Давай надевай тулупчик, а я пойду займусь лошадьми.
— А где моя одежда?
— В прихожей. Я вчера вечером развесил ее у печки, чтобы подсохла.
Когда он, укутавшись так, что видны были одни глаза, отправился в сарай, Лэйси осталась с Буллом и Руби. Она знала, что раз Трэя нет, то они набросятся на нее, как стая голодных волков.
Ждать пришлось недолго, едва она переступила порог гостиной, как услышала:
— Чего это ты не хочешь остаться? — холодно спросил Булл, сверля ее своими глазками. — Только не пытайся убедить меня в том, что этот дом тебя не устраивает. Я слышал в городе, что ты со своим папочкой в каком-то паршивом фургоне разъезжала, торгуя всякими снадобьями.
Прежде чем она успела что-либо ответить, вмешалась Руби:
— Да ты должна на коленях благодарить Сондерсов за то, что они готовы тебя принять! А если бы умела нос по ветру держать, то и поладила бы с Буллом. А что до Трэя, так он всю жизнь тебе рога ставить будет. Когда ты ему опостылеешь, он снова побежит к своей Сэлли Джо. Трэй не собирается отказываться от удовольствия ради какой-то костлявой твари.
Не успела Лэйси и рта раскрыть, как заговорил Булл.
— Руби правду говорит: Трэя хлебом не корми, только дай приударить за бабенкой. И все норовит тех оседлать, что поздоровее. А ты… — он критически оглядел ее худенькую фигурку, — тебя с ним больше чем на пару ночей, и не хватит. От тебя ничего не останется.
— В конце концов и Лэйси дали слово. Сверкнув своими зелеными глазами, она сказала:
— Меня меньше всего волнует, с кем спит или будет спать Трэй Сондерс.
— Она повернулась к Руби:
— Он может спать и со шлюхами, и с тобой. Всем известно, что ты спала и с сыном, и с отцом.
Лэйси снова повернулась к Буллу:
— Да, я действительно считаю, что этот дом мне не подходит, потому что здесь с первого дня живут ненависть и боль. Коттедж Джасперса, где всего-то три комнатки, — дворец по сравнению с этой холодной усыпальницей. Мы с отцом жили в фургоне, но у нас всегда царили мир и согласие. А в этом доме ничего такого нет. То немногое, что было, умерло вместе с вашей женой.
— Я люблю этот дом, — Булл даже привстал с кресла. — Я на протяжении многих лет создавал его!
— Вот оно что! — ответила Лэйси. — В таком случае, вы не знаете, что такое любовь. Вы воздвигли этот дом в качестве монумента самому себе, чтобы показать всему миру, какой вы богатый и могущественный.
Никто не заметил, как появился Трэй. Он так и остался стоять у двери, слушая эту перебранку. Все головы тут же повернулись к нему, когда Трэй сухо произнес:
— Ну как, вправила она тебе мозги? Ты что, и после этого хочешь, чтобы Лэйси поселилась здесь?
Булл вперил в Лэйси яростный взгляд.
