- Вот что написала Фелиция. Она не выйдет за меня ни при каких обстоятельствах, даже если ей будут грозить побои или тюрьма. С одной стороны, это невыгодно для меня. Ясно, что Эстли будет взбешен. Но с другой, мы обязательно сбежим куда-нибудь, поэтому все может обернуться к лучшему, потери будут невелики.
- Да, только Виткомб, – тихо произнесла Айви, взглянув на могучие каменные стены, уходящие в небо, и на безбрежное море.
- Только Виткомб, – грустным низким голосом повторил Рамсден, прижимая Айви ближе к себе и положив подбородок ей на макушку. – Но, Айви! Послушай! Временами мне кажется, что ты полюбила эту старую груду камней не меньше меня.
- Это так, – промолвила Айви. – Мне кажется, в мире не найти места прекраснее. Мне просто плохо становится при одной мысли, что его можно потерять или что он превратится в руины.
Джулиан поцеловал ее волосы.
- Сомневаюсь. Виткомб построен из прочных камней. Если ты не ошибаешься, всего через семь лет монархия будет восстановлена [10]. Если я проживу еще десять лет, а я собираюсь это сделать, то все мои владения, уверен, будут возвращены мне. Возможно, мне даже присвоят новый титул.
- Десять лет – долгое время.
- Брось, думай об этом, как о приключении, – посоветовал Рамсден. – Хотя, конечно, нищенствовать за границей в ссылке – не совсем то, на что я рассчитывал, но мы постараемся устроиться получше. Подумай, Айви. Ты сможешь вернуться в Англию по меньшей мере графиней. Тебе это понравится?
Сердце Айви замерло на мгновение. Может, она плохо поняла Джулиана?
- Что ты хочешь этим сказать?
- Как это – что? Только то, что мы поженимся, как только сможем. Если уж я рискую всем, то должен же извлечь хоть какую-то выгоду. Я подумал о том, чтобы отослать тебя в безопасный Ситл…
- Сиэтл, – автоматически поправила его девушка.
- Да, так вот, там ты, разумеется будешь в безопасности не будешь бояться ареста, тебе не надо будет пересекать Ла-Манш в протекающей лодке, тебе не будет грозить нищета. Но потом я решил, что мне будет очень одиноко и что лучше всего, если ты выйдешь за меня замуж.
- А ты не подумал о том, что надо спросить меня? – возмутилась Айви. – А, Джулиан? Или ты просто принял решение и теперь сообщаешь мне об этом? Ты просишь меня, чтобы я бросила все, – все, что создала за свою жизнь! Это меня пугает, Джулиан!
Я подумал об этом. И поговорил с бабушкой. Да, мы живем в опасное время, но и твое время не лучше. Бабушка мне рассказала о двадцатом веке. Там есть оружие, грабители, не исчезли болезни. Тебя может сбить машина, а на голову свалиться самолет, ты можешь оступиться на заминированном поле…
- Ах, Джулиан! На каком еще заминированном поле? Они же не везде!
- Не спорь, ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду Сам мир опасен. Так всегда было и так будет. Риск погибнуть есть всегда.
- Но я бы хотела, – промолвила в ответ Айви. – Сама принять решение о том, буду я рисковать или нет. А сейчас я просто нахожусь в круговороте событий и уже не имею контроля над собственной жизнью.
- Ты знаешь, – тихо проговорил Рамсден, нежно приподнимая ее подбородок, – я себе все совершенно иначе представлял. Я-то думал, что ты будешь счастлива и бросишься в мои объятия. Похоже, я все испортил. Позволь мне попробовать еще раз.
Откашлявшись, он отбросил с лица волосы.
- Ты, черт возьми, очень высоко оцениваешь возможность выбора, – произнес молодой человек. – Но если ты подумаешь как следует, то поймешь, что выбор – не такая уж расчудесная вещь, как тебе кажется. Жизнь куда проще, когда женщина просто зависит от мужчины.
- Проще для мужчины, – возразила девушка, не понимая, шутит Рамсден или нет. Это вполне могло быть. Его глаза светились хитрецой, в уголках рта готовы были появиться ямочки, свидетельствующие о веселом расположении Рамсдена.
- Я всю ночь придумывал планы, – заявил он. – Сначала я хотел просто сообщить тебе, что ты должна сделать, и все. Это было бы проще всего. Мой второй план не такой эффективный, к тому же он рискованный. И мне придется поступиться кое-чем, а я этого не люблю.
Айви едва сдерживала улыбку.
- Да уж, Джулиан, – подтвердила она, – в том, чтобы смириться с чем-то, ты не силен.
- Ты не оставляешь мне выбора, несносное существо. Но раз уж ты настаиваешь, давай так и поступим. – Он сунул руку за пазуху своего камзола и вытащил свернутый лист бумаги, скрепленный восковой печатью. – Вот. Это мой подарок тебе, Айви, и свидетельство того, что я тебе доверяю.
Взяв свернутую бумагу, Айви недоуменно посмотрела на нее.
