— Цвет… что-то не так с цветом зерна, — наконец промолвил Колин. — Некоторые его части слишком зеленые… — Он рывком поднял голову. — Мне нужно в библиотеку. Пойдем в дом.
Собрав целую кипу ее заметок, Колин прихватил мешок с кормом и стремительно вышел из кабинета, даже не оглянувшись, чтобы посмотреть, идет она следом за ним или нет.
Чтобы поспеть за ним, Холли пришлось почти бежать по мощеному двору и садовой дорожке. Отблески рассвета отражались в черных окнах особняка, не доходя до окон первого этажа, где уже суетились работники кухни, готовящие еду на весь день.
Холли невольно замерла у входа в библиотеку, вспоминая о том, что произошло незадолго до того, как она заходила сюда в последний раз. Их первые объятия, первые поцелуи… И первый раз, когда она услышала, как он нежно назвал ее по имени.
Колин подошел к письменному столу, нашел коробок спичек и начал зажигать лампы. Желтоватый свет осветил диванчик, на который он усадил ее, где его страсть впервые дала о себе знать. Сжав губы, Холли отвела взгляд в сторону.
— Чем я могу тебе помочь? — спросила она.
— Ищи книги о растениях и садоводстве.
Они уже вдвоем стали перебирать книги.
— Что мы ищем? — поинтересовалась она.
— Что-то, что я не смог определить ни с помощью микроскопа, ни невооруженным глазом. Я почти уверен, что это не входит в состав лошадиного корма, — ответил он.
— Например?
— Какие-то ядовитые растения, которые могли подмешать в корм, — пояснил Колин.
— Святой Господь!
Они усердно читали бесчисленные описания растений и сравнивали крохотные таинственные зеленые частицы, которые принес с собой Колин, с иллюстрациями в книгах.
— Я и не подозревала, что такое количество растений содержат яды. — Холли указала на картинку цветка в форме рупора. — Взять хотя бы такой цветок, как лилия.
— Не думаю, что мы с тобой ищем цветок, — пробормотал Колин. — Это должно быть какое-то сильное растение с более грубыми листьями и стеблями.
Он с такой силой захлопнул книгу, что Холли подскочила на месте. Зажав глаза ладонями, Колин уперся локтями в стол.
— Мы обязательно найдем то, что ищем, — промолвила Холли.
— Если только я не ошибаюсь. — Подняв голову, он сжал руки в кулаки. — Возможно, я просто не способен на это.
— Ты не должен терять надежду, — сказала она.
Колин медленно покачал головой.
— Ужасные вещи происходят в этом мире, — проговорил он. — Так почему они не должны касаться Эшуортов?
На этот вопрос у Холли не был ответа.
— Все дело в том, что речь идет не только о спасении лошадей, — снова заговорил он. — Они чудесные животные и, безусловно, стоят того, чтобы мы тратили на них свои усилия. Но эта история касается еще и всей моей семьи. Эти лошади, этот конный завод — это все мы. Наша жизнь.
Колин взял еще одну книгу, придвинул ее к себе и с видом человека, обреченного на сплошные неприятности, стал пролистывать страницы. Холли устремила взгляд на мешочек с зерном, который он положил на угол письменного стола. Пододвинув ближе лампу, она вытащила из мешка часть его содержимого и стала рассматривать его, причем делала это несколько раз, с каждым разом все глубже запуская руку в мешок. Колин продолжал читать. Наконец Холли заметила на своей ладони частицу какого-то растения длиной в дюйм. Это был похожий на веточку лист, и если бы он оказался чуть меньше, то она бы и не заметила его среди зерен.
— Колин, мне кажется, что к зерну подмешали папоротник, — проговорила она взволнованно. — Его можно давать лошадям?
Колин оттолкнул от себя книгу.
— Нет, нельзя, — ответил он. — Дай-ка мне посмотреть.
Колин протянул ей руку, и она положила ему на ладонь найденный среди зерна лист. А потом подвинула лампу ближе к его локтю. Колин рассматривал лист, хмурясь все сильнее.
— Открой эту книгу, — не поднимая глаз, попросил он, указывая на толстый том подбородком. — Найди статью о папоротнике-орляке. Он растет повсюду, и лошадям его есть нельзя, потому что он для них — яд.
Холли открыла книгу, нашла главу про нужный вид папоротника и стала вслух читать описания характерных черт мест обитания этого растения. Но тут Колин остановил ее:
— Постой, а там есть симптомы заболевания животных, отравившихся папоротником-орляком?
Холли стала водить пальцем по строчкам.
— Неустойчивость, сбивчивый шаг, боли в животе, запор… расширение зрачков… — Остановившись, она сжала губы и посмотрела в глаза Колину. — Все ведь совпадает, да?
Вскочив с места, Колин стал читать описание через ее плечо. А потом схватил Холли в свои объятия, закружил по комнате вокруг себя и крепко поцеловал в губы. Прервав поцелуй, он широко улыбнулся.
— Подожди здесь, я хочу отправить записку Питерсону, — сказал он.
Колин выбежал из библиотеки, но вернулся всего через несколько минут — теперь он шел бодрыми, уверенными шагами, и сразу чувствовалось, что этот человек испытывает огромное облегчение. Холли уже начала убирать книги на полки. Колин подошел к ней, забрал книги, бросил их на ближайший стол и заключил ее в объятия. А потом стал кружить ее в беззвучном вальсе.
— Теперь, когда мы знаем, в чем дело, лошади выживут.
