Всадники вновь обогнули дальний угол, и когда они оказались у поворота на прямой участок трассы, лорд Дрейтон вывел Кордельера из общей линии в сторону и погнал его вперед, чтобы опередить остальных лошадей. Но тут к нему сбоку приблизился еще один всадник. Бока скакунов задели друг друга, и даже с большого расстояния Холли сумела увидеть, как триумфальная улыбка лорда Дрейтона сменилась мрачным выражением.
Зрители испуганно охнули:
— Они подошли друг к другу слишком близко!
— Они столкнутся!
— Они упадут!
— Господи, да это же юный Джеффри!
Костяшки пальцев Холли, сжимавших ограждение, побелели, ее ногти впились в дерево. Уиллоу сбоку прижалась к ней. Губы Айви зашевелились в беззвучной молитве.
Когда всадники достигли восточного поворота, Колин крепче сжал колени, немного откинулся назад, натягивая уздечку, и слегка пришпорил Кордельера в один бок. Скакун едва замедлил бег, но этого было достаточно. В это же время конь сдвинулся направо, давая возможность Джеффу и его кобыле пройти поворот так, чтобы ноги лошадей не зацепились друг за друга. Колин затаил дыхание, но не понукал Кордельера, доверяясь его чутью.
И конь доказал, что ему можно доверять: Колин не упал.
Краем глаза он увидел, что Джеффри облегченно выдохнул, страх в его глазах исчез. Катастрофа была близка, но виноват в этом был не только Джеффри. Не один он.
Когда всадники вышли на прямую часть трассы в следующий раз, Колин заметил Холли Сазерленд, копну рыжих кудрей, обрамлявших ее лицо, ее невероятные зеленые глаза, устремленные на него и напряженно следившие за каждым его движением. Кажется, он даже слышал, как она выкрикивает его имя.
Черт возьми, он не настолько глуп, чтобы позволить толпе отвлечь его внимание. Колин стал смотреть прямо перед собой, позволяя Кордельеру плавно пробежать мимо финишного столба. Его мать и дядя уронили свои флаги, объявляя его победителем. Лишь после этого Колин оглянулся на Джеффри, который отстал от него всего на несколько шагов и пришел к финишу вторым. Следом за ними быстро финишировали остальные участники скачек.
Замедлив шаг Кордельера, Колин провел его по трассе еще раз, а затем спрыгнул на землю и передал поводья груму. Его гости бросились на скаковой круг через ворота, их крики и поздравления звучали у него в ушах. Колин дождался, пока Джеффри выпрыгнет из седла и подойдет к нему.
— Ты в порядке? — спросил он.
Джефф решился поднять на него глаза из-под растрепавшихся волос.
— Все отлично! — небрежно бросил он.
— А кобыла?
— И с ней все нормально.
— Что ж, скачки удались, — заметил Колин. — Ты молодец. Я горжусь тем, какую работу ты проделал с этой кобылой. Не сомневаюсь, что ее ждет большое будущее.
Ничего не сказав в ответ, Джефф пошел прочь.
— Подожди минутку! — остановил его старший брат. — Что-то не так?
Шестнадцатилетний подросток остановился, повернулся к нему с мрачным выражением лица и развел руки в стороны.
— Я проиграл, — промолвил он. — И едва не убил нас обоих.
— Но ты пришел вторым, и мы оба, к счастью, пока еще живы.
Юноша нахмурился еще больше.
— Не нужны мне твои утешения, — заявил он. — Господи, терпеть не могу, когда ты начинаешь меня утешать!
С этими словами Джеффри развернулся и ушел, быстро смешавшись с толпой восхищенных зрителей.
Колин вздохнул.
— Ему не нравится, когда ты за него извиняешься, — раздался у него за спиной голос.
Развернувшись, Колин увидел Сабрину, которая, прищурившись, с улыбкой смотрела на него, и ветерок играл с перьями на ее шляпке.
— Я и не пытался этого делать, — возразил Колин. — Я просто…
— Видишь ли, — перебила его сестра, — он не понимает, что если лошади столкнулись, то в этом виноваты вы оба, а не только он один. Возможно, твоя вина даже больше.
Не успел Колин что-то сказать на это, как Сабрина положила руку ему на плечо и наклонилась ближе, чтобы прошептать:
— Я наблюдала за тем, как ты выезжал из восточного поворота. Что-то в толпе привлекло твое внимание, иначе ты бы заметил, что Джеффри попытался повторить твой маневр, чтобы выйти в лидеры. — Она выпрямилась, на ее лице появилась дразнящая улыбка, мигом смягчив его порой резкое выражение. — Интересно, — медленно добавила Сабрина, — что же это все-таки было? Или кто?
Народу на трассе тем временем становилось все больше. Мать Колина, Сабрина и Джеффри, который суетился вокруг них, угощали гостей, наполняли их тарелки и предлагали бесчисленное количество кружек пунша. Колин заметил, что Бентли протянул Сабрине кружку с пуншем, которую он сам наполнил для нее, но она то ли нарочно проигнорировала его, то ли была слишком занята гостями, толпившимися вокруг. Бентли вылил пунш на траву, отдал пустую кружку проходившему мимо слуге и медленно побрел прочь. Колин невольно пожалел его. Понятно, что Сабрина еще не готова принять ухаживания нового кавалера, особенно того, который старше ее более чем на десять лет.
