— Так вот, проходим по воде по самому краешку нейтралки «рапидшара», и дальше начинается вперемешку с пляжем, проецируемым нейтралкой, — «хрустальный город». Интенсивности там мощные, но простые, на гайках проходимые. «Волчки» в основном, да одно «лёгкое место», не путать с «сортиром». И вот сразу после «лёгкого места» «город» выпускает — по переулочку одному специальному — к Грёмову. Вот вся «кишка». Субъективных километра три, наверное, до обеда работы. Если, конечно, выживаешь. «Лёгкое место» очень высокое, взлетишь — наверняка насмерть. Ветерком отнесёт — и в лепёшку. Километров, может быть, как раз с трёх.
— Ну хорошо. Комбат, но вы же ходила неупорный, вы же были растренированы. Не опасались «кишкой» идти?
— Можно мне? Дай я. Инспектор! Если ты хоть дважды «кишку» такого класса свертел и из неё выполз живым и целым — это дар. Какая там тренировка, господин хороший скурмач? И талантливый человек может на «кишке» погибнуть, конечно, но пугаться её? Как вы говорите — «пу-пу-пу», товарищ инспектор. Тут очень подходит.
— Ну и потом, инспектор. Неупорный, растренирован… Вы такой умный человек, так ловко меня подцели… Хорошо. Ну а как же тренироваться-то? Нет тренажёров на гитики. Наука ни хера не умеет их. Не придумано. Так что бой — наша школа… Он же жизнь… И что мне оставалось? Что за детские вопросы? Как на форуме сталкинутых, ей-богу.
— Всё понятно. Продолжим. «Кишку» вы прошли. Влада к «ацтекскому радио» доставили. Вызвали Космонавта, он прилетел, правильно? Влад подарил ему собачку, очаровал, и Космонавт Влада унёс. К Карьеру.
— Если коротко, то да. Унёс. Куда — не видел. Летать не умею, даже спьяну.
— Момент жертвы у шекспировской «рапидшары» имел место?
— А, конечно. Влад офигел. Там была сцена, да. И тогда, давно, и потом. Недавно.
— Очень интересно.
— О'кей. Рассказываю подробно. Там, где мы шли, с воды, стрелять по Пуле Пидораса очень удобно…
Описание дальнейшего любой писатель, и даже неплохой, и даже независимый, начал бы со штампа — «внезапно замолчал на полуслове».
Так и было: Комбат внезапно захрипел на полуслове, закатил глаза (вроде бы даже один вверх, а другой — вниз), и голова его повисла, так сказать, ниц. Как будто подрезали ему кадык и толкнули в затылок. На видео Клубин не раз видел, как знаменитые сталкеры, ходилы и главные свидетели Восстания (a.k.a. Exit) Комбат и Тополь теряют на полуслове-полушаге сознание, и не удивлялся; удивительно было, скорее, что произошло это только на пятом часу допроса-интервью.
В камере-палате сталкеров поддерживался режим повышенного кислородного давления. Но потрясающее воображение увечье Пушкарёва и Уткина, как ни старайся, сказывалось, было независимо и весьма своевольно. Кроме того, сталкеры курили бесперечь, хоть ты им кол на голове обтёсывай, и отнюдь не электронные сигареты. Горели сигареты ярко.
Опытный поневоле, Тополь сообразил быстро, включился в проблему и, успев даже загасить сигарету в пепельнице с водой, обхватил обеими руками голову свояка, под подбородок и за макушку, а затем дико вызверился в объектив и заревел матом плач Ярославны на тему: «замучили-парнишечку-своей-болтовнёй-скурмачи-поганые-врача-сюда-доктора-профессора-епэбэвээр-Комбатик-не-умирай-скоро-ужин-гречневая-каша-дефицит!..» По сю сторону экрана вокруг Клубина завспыхивали тревожные сигналы, разгорелся полный верхний свет, а сменившийся за время допроса дежурный техник-старшина с неизвестным именем подскочил на своём стуле, выронив к едрене фене планшет-читалку с какой-то фэнтезийной порнухой, и принялся суетливо-прилежно давить нужные корочки на голографической матрице управления; заработал контроль шлюзовой камеры, и уже через минуту после начала переполоха вокруг Комбата и Тополя образовались два медика в синих балахонах со шприцами и кислородными клистирами наперевес. Интервью прерывалось на неопределённый срок.
Клубин отозвал от локальной сети допросной свой коммуникатор, завинтил крышечку на бутылке с минералкой, поднялся, потянулся, сделал наклон, сделал приседание, попрыгал, тряся головой. Перерыв был кстати.
— Как только выяснится, когда я смогу продолжить допрос — сообщите немедленно, — приказал он дежурному, размявшись. — Вот канал, — он постучал пальцем по одноразовой визитке, лежащей на панели рядом с микрофоном.
— Есть!
— Занимайтесь.
