Вернулись мы через девять местных дней небольшой группой кораблей. Как наш анабасис назвать, даже не знаю. Боевой выход с элементами пиратства, патрулирования и гонки на выживание. Приконвоировали три небольших целеньких суденышка и одно — побольше и покоцанное, с которым возни и было больше всего. Хорошо, Серегина вахта была тогда. Он и заметил непонятки какие-то гидроаккустические. Сути я не знаю, но двоих немцев из группы досмотра мы потеряли, а сторожевику чуть не прилетело из палубной зэсэухи с этого судна. Я-то в это время у себя вахту стоял, а вот Пашка был, так сказать, свидетелем всему — околачивался на мостике. Рассказчик из него, конечно, тот еще. Но Серега — красавчик! И покойные немцы, конечно, тоже, светлая им память.
По Пашкиным рассказам выходило следующее. После безуспешных попыток остановить и досмотреть средних размеров сухогруз под неизвестным Пашке флагом Серега пальнул предупредительным. Капитан этого недоразумения, плавающий под флагом какого-то местного (новоземельного) шейха или султана — хер его разберет — сразу внял и, забыв о претензиях и правах, лег в дрейф… Немчики туда и отправились. На свою погибель, двое полезли в трюма, а трое отправились на мостик. «И тут началось. Прикинь, по рации паника. Серега в экран — а там на носу уже в нас целят! Он ка-а-ак ебанул туда — дым, всё всмятку, и тут же Йося, ну старший, докладывает. Что всё, эмирцы эти сдаются… Я не понял ничё, а уже — всё!» Это ц
Причаливали все «вчетвером» в стороне от основного порта. С Владивостокским не сравнить, даже говорить нечего, но тем не менее — встали поодаль от «гражданских», не там, откуда уходили. Первым делом спустили на берег покойных «досмотрщиков» и их тут же увезли куда-то. Потом сгрузили немногих пленных: капитанов и штурманов, в основном. Немцы в этом плане вообще молодцы, никаких сантиментов или толерастии! Пират — вперед купаться, и не ебет ни наличие семьи, ни обстоятельства, так что до Нойехафена из матросов добрались только трое мотористов — «рулем крутить» нашлось кому, тем более что штормов не было и строем шли…
После пиратов организованно сошли «прикомандированные» немчики. Я, полюбовавшись на встречающих и отметив группу неизвестных в песчаном камуфляже, спустился к себе. Охрана охраной, а верблюда надо привязывать. Минутная задержка мне, а незнающему с час разбираться, отчего и почему… От включения «противоугонок» меня оторвал вызов по внутренней связи.
— Родь, там у трапа скандал. Я на мостике у пультов. Поднимись с оружием и рацию включи. А то Пашка провафлил это дело…
— Яволь!
Разгрузку на тело, автомат в руку — и наверх. Открывая дверь на палубу. Услышал:
— Матрос! Ещё раз! Прошу «добро на борт»!
— Ждите!
Я как можно вальяжнее подошел к трапу:
— Что за бардак, матрос?
Пашка тут же включился в игру.
— Не могу знать! Неизвестный ломится на охраняемый объект!
— Два наряда за пререкания вместо открытия огня!
Плачущим голосом Пашка выдавил «Есть!» и шмыгнул носом. Артист! Я перевел взгляд на настырного мужчину в годах с старлеевскими погонами на плечах.
— По какому вопросу ломимся, военный?
Старлей, так разгоряченный и раскрасневшийся от бесплодных попыток проникнуть на борт, распалился ещё больше.
— Да! Я!
— Тихо-тихо-тихо! Успокойтесь, а то Кондратий уже рядом стоит и обнять вас готовится! Чо надо?
Мужик не успокоился. А как бы не наоборот.
— Я! Кто!!! Что за!!!
— Внятно объясните цель нервирования дневального.
Старлей таки взял себя в руки.
— Имею приказ командования Русской Армии принять командование над кораблем!
— Каким?
— ЭТИМ!
— А командование в курсе, что у корабля уже есть командир?
Я ещё минут пять издевался над ним, но увы, ничто не вечно. От остальных вояк, с интересом прислушивавшихся к моим репликам и хриплым воплям старлея, к нам подошел ещё один мужчина того же возраста. Но капитан.
— Всё, Сергеич. Цирк окончен. На голос их не взять.
Сергеич, как не орал оскопленным бизоном только что, спокойно спросил:
— И шо делать буим?
Капитан тяжело вздохнул:
— Разговаривать. И договариваться.
И — мне.
— Родион, проводите меня, пожалуйста к старшему мичману Васильеву.
Рация в нагрудном кармане зашипела.
— Родь. Попроси его шоблу в начало пирса отогнать. Я сейчас спущусь.
Капитан, не дожидаясь передачи сообщения, произнес:
— Сергеич, вместе с нашими давай в начало пирса. Силки отменяются.
— Есть!
Старлей бодренько прорысил до группы товарищей. Что-то им бормотнул и вместе с ними отправился на сушу. Тем временем спустился Серега.
