Никольский уходит. Он медленно бредет по пляжу и вскоре скрывается среди строений, оставляя нас с Олегом вдвоем.
– Что ж… это могла бы быть история двух друзей, влюбившихся в близняшек. Но, видимо, ему нужна своя.
– Думаешь, он встретит кого-нибудь?
– Надеюсь. Проблема не в том, чтобы встретить хорошую девушку и влюбиться. Проблема в том, что когда ты кого-то теряешь, кажется, что проще не испытывать эмоций вообще. У него все впереди. Через это придется пройти.
– Почему ты вдруг изменил свое мнение? И рискнул со мной?
– Понял, что перспектива смотреть, как ты счастливо рожаешь «аленёнков» Никольскому бесит меня больше.
– Эй, притормози! Я пока не готова к «аленёнкам».
– Мы столько раз не предохранялись, что если у тебя не будет задержки, я заставлю тебя пройти полный цикл обследований.
– Долгих, ты невозможный зануда!
Он со смехом целует меня в макушку. Но меж тем в шутке есть доля правды. Официально признав отношения, мы стали намного беспечнее относиться к сексу. И я вполне могу быть беременна. Господи! Что ждет ребенка, зачатого в таких обстоятельствах, на таком стрессе?
– Счастливая богатая жизнь его ждет, – отвечает Олег, и я понимаю, что произнесла это вслух. – Я тебе обещаю, что учту все свои ошибки.
– И не дашь наделать их мне?
– Разве может быть иначе? Идем, поужинаем и заодно обсудим, какие у нас планы на последнюю ночь здесь. Завтра отель выставят на продажу. Надо попрощаться и с ним тоже. Что ни говори, а порой было неплохо.
Я не чувствую ровным счетом никаких сожалений по этому поводу. Ровно как и радости. Это просто отель. Просто пляж, где когда-то случилась трагедия. Места не виноваты в том, что творят люди, но связанные с ними воспоминания могут навредить. И то, что Олег продает отель – еще одно доказательство, что пусть он и по-дурацки сделал мне предложение, все же был серьезен.
Потом мы поедем в Россию, чтобы восстановить мои документы и решить вопросы с органами. А потом, скорее всего, путешествовать. Пытаться построить что-то новое, совместное. Не потеряв при этом себя.
– Учти, я рассчитываю откровенно поговорить с тобой о том, чего ты хочешь.
– Насколько откровенно?
– Очень откровенно, Алёна. Очень.
Я смотрю на следы на песке.
Они, конечно, принадлежат мне.
Но можно на миг представить у воды, там, где следы смывают волны, едва различимый силуэт. Что Алина знает, как сильно я буду по ней скучать. Что тот, кто убил ее, получит заслуженное наказание. Что я нашла ее, а благодаря ей – Олега.
Что она видит, как я улыбаюсь морю – и улыбается вместе со мной.
